Впереди неизвестность и нет ответов. Нет жребия, выбора, вероятности и шансов.Он брошен на путь, где плетение света не отличить от плетения тьмы. Ее план великолепен. Он Охотник, которому дана цель. Но лучше бы он не доходил до конца…Книга пятая.
Uno, dos, tres, cuatro…
Грань между сном и реальностью стерлась, породив неверие в здравый смысл. Мечта воплоти. Бездонные фиолетовые глаза и белоснежные как первый снег волосы, точеный лик и идеальная фигура… О достоинствах незнакомки полагалось слагать легенды, петь дифирамбы или же рассказывать бармену за второй, а то и третьей кружкой пива, заливая зов гормонального пожара.
С трудом вернув себе ясность мысли, Николай смог отыскать у леди единственную отрицательную черту — склонность к ненормативной лексике. Каким там словом его встретили? Хетч? На приветствие не похоже.
— Встреча на троечку, если честно, — вежливо сказал он.
— Как смел ты заговорить с Великой в подобном тоне?! — раздался яростный голос.
Николай торопливо обернулся. Сосредоточив внимание на даме за столом, он как-то упустил из вида ее подругу — воительницу, облаченную в черную униформу. Облегающий наряд и ладная перевязь на ней приятно смотрелись на фоне стен, задрапированных темным бархатом. Янтарные лучи канделябров эффектно подчеркивали красивые и вместе с тем резкие черты женщины-пантеры.
Она качнулась вперед и вознамерилась атаковать гостя.
— Лейда! — воскликнула незнакомка из снов и привстала. Блики хрусталя, украшавшие ее лик, сместились в район талии. И талия эта… Ножки из нее, вне всяких сомнений, росли обалденные.
Отточенный клинок холодной молнией рассек пространство над головой Роса. Не вполне понимая, что происходит, он отшатнулся вправо, ударился об угол стола и вернулся к действительности.
— Прекратить!
Горячие и холодные закуски вкупе с осколками фарфора взметнулись над столом.
Охотник рухнул на бок и встряхнулся, засыпаемый остатками трапезы. Увидел неподалеку черную тень, рванулся прочь. Меч искристо чиркнул по кафелю пола.
— Хрена ли!
— Хватит!
— Ты умрешь, Осквернитель!
— Лейда!
Николай вихрем достиг стены, развернулся, ногой сбивая канделябр… И родилось Пламя. Воительница отточенным маневром миновала огненные копья падавших свечей.
— Та’гара! — щелкнула пальцами незнакомка. Серебряные всполохи, омыв трапезный зал, на мгновение приостановили бой.
Уткнувшийся в липкую белесую паутину Николай напрягся, раздвигая оковы…
Охотнику не занимать дурного упорства. Незнакомка прервала заклятие, чтобы отыскать в магическом арсенале более действенную формулу.
Николай швырнул в преследовательницу супницу, подвернувшуюся под руку. Это ее задержит. Он метнулся к стене… Преодолел метра два вертикальной поверхности и опрокинулся в кувырок. Вражеский меч лязгнул о настенный камень. Подсечка повергла воительницу на пол.
Клинок взвился к темным сводам зала. За полетом наблюдали две пары женских глаз. Перехватив рукоять падавшего меча, Николай коленом придавил Лейду к полу, упер острие ей в горло и вопросительно приподнял брови. Мысли упорно склонялись к сексу.
— Откушала, — пробормотала леди.
Восседая в пяти метрах от стола, она досадливо стряхивала соусы и приправы с рукавов отороченного золотом платья.
— Встать. Обоим.
Инстинктивно, повинуясь тону приказа, Николай вскочил и тут же опомнился. Какого он ведет себя словно послушный телок, если ровным счетом ничего не понимает. Где он, что с ним? Бред ли это, видение?
Поднявшись на ноги, воительница помассировала грудь и оскалилась:
— Ублюдок. — Она сверлила взглядом дальнюю стену. — Меч верни.
— Ты это кому? — любезно спросил он. — Я левее.
— Хватит, — приказала незнакомка. — Лейда, оставь нас… И не спорь, ради Ло, а просто выйди.
Гордая, прямая точно стрела Пантера направилась к двери. И ни россыпи съестного, ни дробный перестук кастрюль, попавших под шаг, не остановили ее. Николай на всякий случай уточнил:
— Это не я начал.
— Ты только закончил, Ник.
В голосе Белокурой Леди промелькнули странные нотки гордости. Она хлопнула в ладоши и тотчас из двери, сокрытой в углу трапезной, выпорхнули три девицы. Молча и стремительно они принялись за уборку, оставляя за собой блики чистоты. Удовлетворенная сим фактом хозяйка устроилась за низеньким аккуратным столиком — в кресле с подозрительно удобной спинкой. «Офисная мебель», — вдруг понял Рос. Эпохи перемешались рассыпанной мозаикой. Хмурясь, он присоединился к собеседнице, благо второе кресло — пустое — не оставляло сомнений в ее намерениях.
Она провела рукой над полированной столешницей, явив взгляду две чашечки кофе. Женскую кисть овила горячая ароматная дымка… Николаю отчаянно захотелось прикоснуться к незнакомке — удостовериться в ее материальности.
Перегнувшись через стол, она молча накрыла ладонью его пальцы.
Разряд, вспышка! Облако белизны на миг застлало взгляд. Женщина отдернула руку и нервно поправила волосы:
— Убедился? Я имею место быть во плоти.
— Тем лучше, — фыркнул он. — Призраки не отвечают на вопросы.
— Терпение, Ник, — с видимым удовольствием произнесла она. Точно спелую ягоду проглотила. — Для начала представимся. Эдэя… Просто Эдэя.
