В очередной раз избежав смерти, она посмела надеяться, что теперь всё наладится. Дом, друзья, любимый мужчина. Но когда ты тайный агент, твоя жизнь как танец на острие ножа. Убийственное танго.Как долго смерть будет давать фору, если враг держит тебя на прицеле? Смогут ли Макс и Кай сойти с «танцпола», пока не стало слишком поздно?
Дисклеймер
Все события и персонажи, описанные в этой книге, вымышлены. Любое сходство с реальными событиями и реальными людьми случайно. Эта книга содержит ненормативную лексику, эротические сцены и сцены насилия, рекомендована для чтения лицам, достигшим 18 лет.
Открывать глаза не было ни сил, ни желания. Всё тело Кай не только ныло от боли, но и ощущалось чужим, ещё и словно придавленным сверху бетонной плитой. Даже приподнять веки казалось непосильной задачей. Но надоедливый писк, который и выдернул её из какого-то галлюциногенного сна, становился всё громче, раздражая слуховые рецепторы и заставляя голову буквально разрываться на кусочки. Не говоря уже о том, что Кай в принципе не могла понять, что это такое, откуда он взялся в её квартире, и почему она сама чувствует себя так странно. Как будто накануне влила в себя не только несколько бутылок рома, но и попала в огромную мясорубку, перекрутившую её в фарш и выплюнувшую её на кровать расползаться бесформенной кучей.
Но когда она, совладав с собой, всё-таки с трудом разлепила глаза, по которым полоснуло приглушённым светом, Кай тут же забыла и о разбудившем её писке, раздававшемся, как оказалось, из кардиомонитора, и о боли, и о собственных ощущениях. Ведь она была не в своей спальне, а в больничной палате Агентства, на двери которой уже давно можно было повесить табличку с её именем – слишком часто она была её постояльцем, а первое, что она увидела, был Макс, спящий в неудобной позе на стуле, придвинутом к её кровати. Его голова лежала на сложенных рядом с её бедром руках, практически чёрные волосы топорщились коротким ёжиком, тёмные брови на бледном лице даже во сне были тревожно сдвинуты, а широкие плечи и сгорбленная спина – напряжены. И внутри у Кай всё зашлось трепетом и теплом. Он был здесь, несмотря на всё, что произошло, был рядом, и она снова могла его видеть, спустя столько времени. Одного этого хватило, чтобы её сердце забилось с удвоенной частотой, а пальцы, подрагивая, сами потянулись к его щетинистой щеке.
Но стоило Кай прикоснуться к его лицу, Макс вздрогнул и, распахнув покрасневшие глаза, выпрямился, сжимая её холодную ладонь в своих горячих.
– Привет… – с усилием сглотнув жуткую резь в горле, прошептала Кай, вдруг почувствовав себя неловко перед ним. Последние их встречи были сущим кошмаром, и это была целиком и полностью её вина.
Макс тяжело выдохнул, утыкаясь носом в их переплетённые руки, а его плечи облегчённо опустились:
– Привет, детка…
– Как я здесь оказалась? – воспоминания возвращались медленно, обрывками, но Кай точно знала, что после ранения её просто не успели бы доставить из Европы в Америку. Разве что за время её отсутствия в Агентстве создали не только сверхскоростной самолёт, но и телепорт.
– Виктор выдернул Ричарда из отпуска в Италии. Он участвовал в твоей операции и наблюдал тебя после, а как только дал добро, мы перевезли тебя сюда. Решили, что хватит с тебя чужих стран, – тихо произнёс Макс и наконец поднял на неё взгляд.
Несколько секунд они просто рассматривали друг друга, а потом Кай снова мягко коснулась едва слушающимися пальцами его щеки, хмурясь из-за глубоких синяков, залёгших под его глазами:
– Сколько ты нормально не спал?
– Не знаю. Неделю, может, чуть больше. Если честно, я понятия не имею, какой сегодня день.
– И всё время был здесь?
– Не мог уйти от тебя.
Кай снисходительно качнула головой и накрыла его щёку ладонью. Так было и раньше – до того, как их жизнь рухнула. Он всегда оставался с ней, когда она попадала в больницу. Как и она с ним.
– Больше никуда тебя не отпущу, – твёрдо прошептал Макс, касаясь сухими губами её запястья, и Кай, уверенная, что будет именно так, что не отпустит и не уйдёт, сморгнула вставшие в глазах слёзы. Это единственное, что ей действительно было нужно – он рядом.
– Прости за то, что было весной… И потом… Мне так жаль, что я не дала тебе возможности всё объяснить…
– Мы в очередной раз наступили на одни и те же грабли, – стерев влажную дорожку с её щеки, Макс кривовато улыбнулся. – И я очень устал расшибать об них лоб. Поэтому просто пообещай мне, что впредь, прежде чем принять какое-то импульсивное решение, мы будем останавливаться и обсуждать это друг с другом.
«Мы»… Это короткое слово из двух букв ещё никогда не звучало настолько хорошо. Ещё никогда не ввергало Кай в такую эйфорию, а вместе с тем не приносило такого успокоения и уверенности, как сейчас. И она быстро-быстро закивала соглашаясь со всем сказанным. Она больше не позволит себе сделать поспешные выводы, грозящие привести к катастрофе, ведь именно ей обернулась та майская ситуация.
