Макс довольно рыкнул и, пройдясь ладонями по её животу и груди, одним движением разорвал на ней рубашку, не утруждая себя долгим расстёгиванием крохотных пуговиц, в то время как его губы уже посасывали нежную кожу её шеи. И хорошо, что она это сказала, потому что в противном случае он бы мысленно поставил на себе клеймо насильника, не собираясь сдерживаться. С ней это было просто невозможно. Он уже даже и не помнил, чтобы кто-то возбуждал его настолько сильно, чтобы потерять голову. Тем более посреди улицы.
Но, казалось, и Кай горела от желания не меньше, чем он сам, цепляясь нетерпеливыми пальцами за пояс его джинсов и пытаясь протолкнуть пуговицу в тугую петлю. Голова кружилась, а льющийся с неба дождь, холодными каплями падающий на разгорячённую кожу, совсем не остужал её пыл. Не после того, как добравшись поцелуями до кружевной ткани, Макс приспустил чашечки лифа вниз, освобождая её грудь и тут же прикусывая один из призывно торчащих сосков. По телу как будто прошёлся лёгкий разряд тока, и Кай выгнулась, подаваясь ему навстречу.
Его руки снова вернулись на её бёдра и, подцепив короткую узкую юбку, потянули её вверх, задирая до самой талии.
«Спасибо. Спасибо, что ты надела её, а не джинсы, как собиралась, – про себя ликовала Кай, сходя с ума от горячих прикосновений его ладоней к голой коже и уже гораздо быстрее принимая тот факт, что она совершенно не может бороться с их сексуальным притяжением, которое до этого всячески старалась отрицать. – Хотя его бы и это не остановило».
А в следующую секунду все мысли разом улетучились из её головы, когда, отодвинув сзади тонкую полоску трусиков, его пальцы проникли в неё, тут же начиная порывисто ласкать.
– Такая мокрая… – возбуждённо прохрипел Макс, возвращаясь к её губам жадным поцелуем. То, как она реагировала на него, было чем-то невероятным, чем-то совершенно запредельным, чем-то…
– Ма-а-акс… – на выдохе протянула Кай, когда он добрался до средоточия её нервных окончаний, и обвила его шею руками, сильнее притягивая к себе и прижимаясь обнажённой грудью к его мокрой футболке, надеясь, что хотя бы от этого холодного прикосновения окончательно не расплавится. Но как же она ошибалась. Макс только сильнее вжал её в стену, не разрывая жадный поцелуй и не давая ей даже малейшей возможности вздохнуть. А внутри всё перевернулось в ещё более неистовом желании. Она больше не могла терпеть, не хотела. Поэтому обвила его одной ногой, предоставляя ещё больший доступ его пальцам, которые он, впрочем, тут же убрал.
Кай расстроено всхлипнула, в нетерпении потираясь о него, но буквально через мгновение услышала звук расстёгивающейся молнии, и по переулку пронёсся громкий женский стон, когда Макс резко вошёл в неё, впиваясь влажными пальцами в её бедро.
– Тише, детка. Тебя не должен никто услышать… – с ухмылкой прошептал он, тяжело дыша в её шею. Но и сам он едва ли владел собой. Мысли об этом моменте не покидали его голову уже много часов, и сейчас, наконец-то заполучив её в свои руки, Макс чувствовал себя голодным зверем, дорвавшимся до добычи.
Кай старалась сдерживаться, закусывая губы и путаясь пальцами в его мокрых волосах, но Макс грубо вбивался в неё, и стоны удовольствия становились всё громче. Она стояла ночью посреди переулка вся мокрая под проливным дождём, а ненавистный ей напарник жёстко трахал её, прижимая к стене. Уже только мысли об этом возбуждали и сносили голову сильнее, чем какие-либо, даже самые изощрённые фантазии.
Макс зажал её рот ладонью и усилил напор. Тонкий каблук её туфли, до боли впивавшийся сзади в его ногу, как будто побуждал его действовать быстрее и развязнее. В плотно зажмуренных глазах уже мелькали вспышки. Но через несколько секунд с дальнего конца тёмного безлюдного переулка послышался приближающийся смех и разговоры большой компании, вмиг отрезвившие его.
– Чёрт… – замерев в ней, Макс яростно ударил кулаком по стене, а Кай жалобно захныкала. Ей было абсолютно плевать на этих людей, на то, что они застанут их в такой момент, на то, что подумают. Она хотела одного – чтобы Макс не останавливался, потому что была уже слишком близко, чувствуя, как всё тело начинает покалывать от надвигающегося оргазма. А сейчас эти ощущения стремительно отступали, принося только разочарование.
Макс с сожалением выскользнул из неё, застёгивая джинсы, и одёрнул её юбку. Сняв свою тонкую куртку, он укутал в неё Кай, пряча её разорванную рубашку от посторонних глаз, и, схватив за руку свою спутницу, всё ещё находящуюся в полубессознательном состоянии, потянул её в сторону отеля. Ничего, уж там-то он точно отыграется за упущенное удовольствие.
