– Я хочу, чтобы он остался на тебе. Как и эти очки, которые, я уверен, ты специально не сняла, – его бархатистый голос завораживал, заставляя смотреть на губы. Заставляя желать коснуться их, провести по ним языком, прикусить зубами.
Ещё шире раздвинув коленом её ноги, Макс встал между ними и начал медленно, пуговицу за пуговицей, расстёгивать блузку Кай.
– Фрейзер, ты чёртов дьявол… – окончательно сдаваясь, та потянулась пальцами к пряжке его ремня, лёгким движением расщёлкивая холодный металл.
– Кто бы говорил, ведьма-искусительница, – хмыкнул Макс, наконец-то распахивая ткань на её груди. Чёрный галстук лёг на белый гладкий лиф, ещё больше приковывая к нему внимание. И Максу казалось, что он мог бы вечно смотреть на неё такую. Распущенную, возбуждённую, жаждущую его близости.
Пройдясь пальцами по атласной шее, он обрисовал самыми кончиками выделяющиеся ключицы, скользнул на плечи под тонкую ткань блузки и потянул вниз бретельки лифа, приоткрывая для себя вид на налитую грудь, где даже в конце осени всё ещё были различимы следы летнего загара. В следующую секунду его губы уже с упоением впивались в нежные соски.
– Макс…– еле слышно простонала Кай, откидываясь назад на одну руку и запрокидывая голову. Вторая её рука замерла в нескольких сантиметрах от заветной цели, так и не успев пробраться в его брюки, безвольно зацепившись пальцами за ткань. – Макс, нас могут услышать…
– Ты прекрасно знаешь, что здесь великолепная шумоизоляция, – прикусив один сосок, второй Макс сдавил пальцами, оттягивая и резко отпуская.
По всему телу Кай прошёл нервный импульс, отдаваясь сладкой тяжестью внизу живота, и она застонала громче, подаваясь ему навстречу бёдрами. Завтрашнее задание и то, что она не была к нему готова, было давно забыто. Сейчас она могла думать только о парне, так жадно ласкающем её грудь и…
Кай задохнулась от удовольствия, когда настойчивые пальцы бесцеремонно проникли в её трусики, тут же находя центр возбуждения.
– Такая горячая и мокрая… Моё любимое твоё состояние. Ещё больше мне нравится только, когда ты кончаешь на мне.
Ритмично насаживая Кай на свои пальцы, Макс отстранился от её груди и, нависнув сверху, не отрывал взгляда от затуманенных похотью глаз, ненасытно впитывая каждую эмоцию. Но как только Кай задрожала в его руках, готовая сорваться в пропасть наслаждения, он остановился, заставляя её расстроенно захныкать.
– Я буду мучить тебя так же, как ты любишь мучить меня. До тех пор, пока ты не начнёшь умолять наконец-то взять тебя, – прошептал он ей на ухо и, уложив спиной на стол, опять принялся ласкать её.
Через время тело Кай напряглось струной, и она снова издала разочарованный стон, когда перестала чувствовать его пальцы. Это было невыносимо. Она была так близко, что ей бы хватило всего лишь ещё одного прикосновения, чтобы утонуть в волне накатившего оргазма. Но Макс как будто знал, когда остановиться, чтобы лишить её такого желанного сейчас удовольствия.
Наклонившись сверху, он провёл влажными пальцами по её губам и щеке, размазывая по ним смазку, и опалил её развязно-довольным взглядом. А потом, спустившись ниже, до боли сжал зубами её левый сосок.
– Ма-а-акс… – крепко зажмурившись, Кай выгнулась, хватаясь пальцами за край стола над своей головой. – Макс, пожалуйста…
– Что, детка? Чего ты хочешь?
– Тебя…
– Вот так?.. – Макс снова ввёл в неё два пальца, лениво лаская.
– Нет…
– Может, так? – и он добавил ещё один палец.
– Нет… твой…
– Мой что?
Мужские пальцы двигались всё быстрее, снова подталкивая Кай к краю безумия. Но сейчас этого уже было недостаточно. Она хотела его всего.
– Твой член… Хочу почувствовать его в себе… Пожалуйста…
Макс ухмыльнулся, рывком поднимая её обтянутые чулками ноги, и закинул их себе на одно плечо, стягивая тонкие трусики. У Кай перед глазами засверкали звёзды от того, как резко и глубоко он вошёл в неё, тут же начиная размашисто вбиваться на всю свою длину, крепко сжимая пальцами её бёдра. И она отпустила себя, уже даже не пытаясь сдерживать крики удовольствия, вырывающиеся из груди. Хорошо, ей было невероятно хорошо в этот момент.
Тихо рыча, Макс то замедлялся, то снова ускорялся, чувствуя, как и перед его глазами встаёт пелена яростного желания, отключая остатки разума. Схватив рукой чёрный галстук, он намотал его на кулак и потянул. Плотная ткань заскользила по тонкой шее, туго затягиваясь, и Кай снова выгнулась, жадно хватая губами воздух сквозь затихающие стоны.
Она как будто поднималась сейчас на эшафот, точно зная, что через несколько секунд деревянные балки под ней исчезнут, а она сама провалится в пустоту, повисая на тонкой верёвке. А Макс с каждым жёстким движением всё ближе и ближе подталкивал её к этой пустоте, сулящей маленькую смерть.
Одной рукой разведя в стороны её ноги, Макс заставил Кай обхватить себя ими и угрожающе зашипел сквозь плотно сжатые зубы:
– Я хочу, чтобы ты трогала себя. Хочу посмотреть, как ты ласкаешь себя.
