Всё было как-то неправильно, абсолютно нереалистично. Несмотря на то, что в темноте тридцатого этажа строящейся многоэтажки Кай видела всё чётко и ясно, двигаться становилось всё сложнее и сложнее. Её тело как будто было одним большим куском пожёванной жвачки, размазанной по стене, или застывшим желе, вытряхнутым из формы на плоскую тарелку. Руки и ноги отказывались слушаться. Но удары неизвестного ей парня в чёрном спортивном костюме с капюшоном и в маске удивительным образом не приносили боли.
Когда же она окончательно потеряла способность сопротивляться, парень схватил её за ногу и потащил по усыпанному стройматериалами полу к краю, за которым далеко внизу сиял огнями ночной город. Единственное, что ей оставалось, это цепляться пальцами за холодный бетон в попытке хоть немного отсрочить неминуемую смерть.
Кай уже практически смирилась с неизбежным, когда увидела мелькнувшую на лестнице знакомую фигуру, а через пару секунд Макс снёс неизвестного ей парня с ног, отшвыривая саму её ближе к центру этажа. Ещё никогда она не видела его таким взбешённым и пылающим яростью. Но вместе с тем, Кай различила несколько пулевых ранений, из которых текла кровь, блестевшая в темноте и пропитывающая его рубашку и брюки.
Дикий зверь в образе человека загораживал её собой, стараясь не подпустить парня в чёрном и уловить момент для ответной атаки. А она всё никак не могла встать, чтобы помочь ему.
Неистовая схватка длилась не больше пары минут, но Макс был серьёзно ранен, постоянно переключаясь на её защиту, а его противник как будто просто играл с ним в кошки-мышки в желании утомить и выбить из сил. Словно в старом чёрно-белом кино Кай видела, как в очередной раз отвлёкшись на неё, Макс пропустил сильный удар, опрокинувший его на спину. Он даже не успел перевернуться, чтобы подняться, когда парень в чёрном ловким движением руки достал из-за спины пистолет и выпустил в него всю обойму.
– Макс… – из горла вырвался едва различимый хрип, и Кай кое-как дотянулась до него рукой. Пальцы тут же окрасились тёмно-бордовым цветом.
– Ты же знаешь, так будет с каждым, – донёсся безликий голос из-под маски, но парень тут же снял её со своего лица. – И это только твоя вина.
Кай несколько секунд с ужасом всматривалась в такие хорошо знакомые зелёные глаза, пока не распахнула свои собственные в темноте своей спальни, с диким криком садясь в постели и обхватывая колени руками.
– Макс… – с болью зашептала она, пытаясь справиться со сбившимся дыханием и задавить слёзы, медленно стекающие по щекам. – Это я… Всегда была я…
Достав из прикроватной тумбочки пачку сигарет, Кай кое-как выпуталась из одеяла и, встав с кровати на негнущихся ногах, распахнула настежь окно, подставляя тело колючему зимнему холоду и пытаясь прийти в себя. Её ночные кошмары вернулись. Только теперь на месте Адама был Макс. Выпустив дым в высокое зимнее небо, Кай зажмурилась, приваливаясь спиной к оконной раме.
Ложиться спать уже не было смысла.
После возобновившихся кошмаров Кай ходила по базе чернее тучи и не особо хотела с кем-либо общаться. Под её глазами залегли глубокие тени, с которыми уже даже косметика не справлялась, а сама она то и дело потирала виски пальцами в попытке унять ноющую головную боль.
– Да что с тобой опять происходит? – Виктор непонимающе посмотрел на подопечную, стоящую посреди его кабинета, когда та в очередной раз огрызнулась в ответ на его простой вопрос о проделанной работе.
– Ничего. Я просто не выспалась.
– Ну, судя по всему, не высыпаешься ты уже больше недели. Неужели нашла парня?
– Нет, – угрюмо буркнула Кай. – Снова эти кошмары.
Вздохнув, она села за его переговорный стол и устало опустила голову на руки.
– Даже снотворное не помогает. Я просыпаюсь позже, чем без него, но это значит, что я на полчаса дольше варюсь во всём этом.
– Опять Адам умирает на твоих руках? – Виктор прекрасно помнил то время, когда она буквально сходила с ума, приползая в штаб раньше всех, и весь день не вылезала из спортзала и различных симуляций, чтобы загнать себя как можно сильнее, лишь бы после поспать хотя бы несколько часов без кошмаров.
– Не Адам, – пробормотала Кай, так и не подняв голову с рук, а поэтому не увидела, как блеснули глаза Виктора.
– Значит, не Адам. Я так понимаю, теперь убивают Макса?
– Да, – голос Кай звучал глухо, чуть громче шёпота. – Только теперь убийца – моя точная копия. А я беспомощно лежу, придавленная ужасом, и ничего не могу сделать. Та я говорит, что это ждёт каждого. И я просыпаюсь. Это невыносимо. Мне нельзя ни с кем работать. Ты же видишь, из-за меня страдают и гибнут другие люди. Я не прощу себе, если и Макс тоже…
Кай запнулась не в силах произнести это страшное для неё слово по отношению к нему. По щекам скатилось несколько слезинок, которые она даже не попыталась смахнуть.
