– Я абсолютно невинна! – воскликнула Адель, выхватила из рук Канцлера наряд и снова закрылась в ванной.
Платье село на ее фигуру идеально – то ли Канцлер подгадал, то ли все претендентки были одинаково слажены, что навевало определенные подозрения.
Канцлер ждал ее возле комода с зеркалом, сложив руки на груди.
– Ничего не ешь и не пей за завтраком, – проговорил он, а потом поманил ее пальцем. – Иди сюда.
Адель послушно подошла, хотя все еще злилась из-за его бестактного допроса. Молча посмотрела Канцлеру в глаза и улыбнулась, пусть не думает, что может ее задеть.
– Как я выгляжу?
– Чудесно. Но чего-то не хватает для
И он выудил из кармана жемчужное колье с медальоном, развернул Адель спиной к себе, так что теперь она смотрела в овальное зеркало, стоявшее на комоде, и застегнул украшение у нее на шее. Под ногами Адель мельтешил зверек – куница, – вновь щекоча кожу, но в этот раз Адель не засмеялась. Она поймала в зеркале взгляд Канцлера, ощущая, что теперь она под его протекцией. Колье плотно обхватило ее шею, жемчужины приятно согревали, а медальон из голубого камня в виде сердечка, увенчанного короной, красиво лег в углубление декольте.
– Наш выход, Адель, – наконец заговорил Канцлер. – И помни, никакой еды или напитков. Смотри на Джудит. И помни – ты уже королева.
– Я пойду вперед, сейчас нам не стоит показываться вместе, – сказал Канцлер, оставляя Адель возле окна, и, тяжело ступая, он пошел прочь по коридору, пока не скрылся за позолоченными дверьми.
Адель замерла на месте, отсчитывая в уме время. Когда она войдет в эти двери, то обратного пути уже точно не будет. Все или ничего, вот что предлагал ей Канцлер. Она отвернулась к окну, вглядываясь в серость утра, в неспешный танец снежинок, напоминавший девушек на балу претенденток.
Но всем снежникам было суждено упасть на землю, правда, некоторые даже не долетали до низа. Отчего-то на ум пришла Николетт. Что же пытался сказать Канцлер этим кровавым пятном на платке? Только единственный ответ могла придумать Адель – скорее всего, Николетт уже мертва. По ее вине. Она смешала все карты, ввязавшись в игру, правил которой не понимала. Она думала, что сможет пробиться к трону благодаря своей смелости и находчивости, но этого было мало. Как же сильно она ошибалась. А впереди – только трон или смерть.
Адель стало холодно, очень холодно. Она не хотела умирать, особенно так кошмарно, как Марси.
Кто-то коснулся плеча Адель, и она вздрогнула, представляя, как выглядит здесь, в этом пустынном коридоре. Будто затерявшаяся в каменном лабиринте испуганная девочка. Адель моментально выпрямила спину, вспоминая, кем хотела стать, и чуть обернулась, глядя на подошедшего человека из-под пушистого веера ресниц. Кто бы это ни был, она должна выглядеть как настоящая королева и вести себя соответствующе.
Сначала Адель увидела букетик цветов – аккуратные белые капельки на тонких стебельках, – потом подняла взгляд и посмотрела в лицо Анри.
– Одинокая красавица в стенах древнего замка? Очень загадочно, – проговорил он, глядя на нее с теплотой, и улыбнулся.
– Я о многом забыла расспросить вас, милая малиновка, – сказала Адель, отвечая ему улыбкой, – но может и не стоит. Сейчас не то время.
– Вы решили идти до конца, mon amie? – спросил он, будто читал ее мысли.
– Если бы я знала, что ждет меня там.
– Вы и так знаете.
Конечно же он знал, кто истинная королева. Все знали. Все ждали – когда Джудит довершит начатое. Или…
– Вы правы, сударь, – сказала Адель, присев в легком реверансе. – Знаю. Спасибо за цветы.
Какого дьявола! Ничего она конечно не знала, кроме жгучего желания, что вело ее вперед, как путеводная звезда.
– Надеюсь, эти подснежники хоть немного вас порадуют. Вы кажетесь такой печальной.
Должно быть, глаза выдавали ее. Адель захлопала ресницами и поднесла букетик к носу, вдыхая легкий аромат весны. Анри словно играл некую роль, а Адель ему подыгрывала.
– Спасибо, они пахнут… надеждой.
– И вы смотритесь с ними чудесно.
Конечно, подумала Адель, ведь у нее с собой уже не было королевской гвоздики. Можно довольствоваться и подснежниками. Но может бой еще не проигран?
– Мне пора, сударь, боюсь меня уже заждались.
– Счастлив познакомиться с вами, – просиял он и поклонился Адель, потом поднял ее руку и уже по обычаю поцеловал. – Ночь была долгой, а рождение королевы всегда так волнительно, – тихо сказал он.
– Всегда? Прошлая королева родилась давным-давно. Сколько вам лет, сударь? Вы едва испили материнского молока, – подшутила над ним Адель, заставив Анри рассмеяться.
– Вы правы! Я просто очень часто слышал эти рассказы…
– Должно быть, от вашей тетушки, – подмигнула ему Адель.
– Все так, мадемуазель.
Повисла неловкая пауза, и Адель наконец шагнула к дверям, за которыми не так давно скрылся Канцлер Фрост.
– Прошу меня извинить, сударь.
– Не смею задерживать вас.
И он с улыбкой пропустил ее вперед.
