И повёл рукой в сторону окна. Джаред обратил взгляд на столик, уставленный результатами его трудов: сканеры, преобразователи изображения, приборы для блокировки сигнализации, и промолчал.
– Конечно, вы понимаете, что всё это противозаконно, – в голосе Смотрителя звучал лёд. – Мы всегда предоставляли сапиентам определённую свободу действий, но вы, похоже, перешли все границы, – и вдруг он спросил: – Где Клодия, Мастер?
– Я же вам сказал…
– Не лгите! Дома её нет. И ни одна лошадь не пропала.
– Возможно… она пошла пешком.
– Я в этом уверен. – Смотритель сел в кресло напротив, элегантно поддёрнув бриджи. – И, возможно, вы не лжёте, когда произносите слово «домой»?
Джаред поставил бокал и посмотрел в глаза собеседнику.
– Как она узнала? – спросил Джон Арлекс.
Неожиданно для самого себя Джаред решил сказать правду.
– Ей сообщила девочка из Тюрьмы, Аттия. Подруга Финна. Она обнаружила какие-то записи.
Смотритель понимающе кивнул.
– Ах да! Как она это приняла?
– Она была… потрясена.
– Пришла в ярость?
– Да.
– Ничего другого я от неё не ждал.
– И расстроилась.
Смотритель метнул в него острый взгляд, но Джаред ответил спокойно.
– Она всегда так старалась соответствовать званию вашей дочери. Она… беспокоится о вас, сэр.
– Хватит лгать! – неожиданно прорычал Джон Арлекс, вскочил и зашагал взад-вперёд по комнате. – Клодия всегда беспокоилась только об одном человеке, Мастер Сапиент. И этот человек – вы.
Джаред застыл, сердце гулко забилось.
– Сэр…
– Вы думаете, я слепой? – повернулся к нему Смотритель. – Как бы не так! О да, у неё были няньки и служанки, но они во всех смыслах ей не ровня, и Клодия довольно рано это поняла. Каждый раз, приезжая домой, я видел, как вы с ней разговариваете и смеётесь вместе, как в холодную погоду она тревожится, как бы вы не замёрзли, посылает за вашим плащом, поссетом[11] и сластями. Я знал, что у вас есть общие темы и общие шутки, недоступные посторонним. – Он скрестил руки на груди и уставился в окно. – Со мной она держалась отчуждённо, словно закованная в броню. Я для неё был незнакомцем, Смотрителем, знатным царедворцем. Тем, кто приходит и уходит. Тем, кого следует остерегаться. Но вы, Мастер Джаред, были ей наставником и братом. Вы были ей отцом больше, чем я.
Джаред похолодел. Раньше он не осознавал, насколько глубока и горяча ненависть, которая прячется за стальным самоконтролем Смотрителя.
– Как вы думаете, что я чувствовал, Мастер? – Смотритель повернулся. – Думаете, я совсем бездушный? Думаете, я не страдал, не зная, что делать, как изменить это? Понимая, что каждым своим словом я обманываю её, каждый день, одним своим присутствием, позволяю ей думать, что она моя дочь?
– Она… такого она не сможет простить.
– Не рассказывайте мне, что она может или не может простить! – Джон Арлекс приблизился и навис над ним. – Я всегда к вам ревновал. Разве не глупо? Сам Смотритель Инкарцерона умирает от зависти, и к кому? Мечтателю, человеку без семьи, столь слабому, что парой ударов запросто можно вышибить из него дух.
– Я очень люблю Клодию, – сказал Джаред.
– Конечно, вы знаете, что о вас ходили разные слухи. – Смотритель резко повернулся и снова сел в кресло. – Я им не верю. Клодия своевольна, но не глупа. Однако королева верит, и уверяю вас, в этот момент она страстно мечтает отомстить. Всё равно кому. Эвиан мёртв, но остались и другие заговорщики. Вы, например.
Джаред вздрогнул.
– Сэр, вы же отлично знаете, что это не так.
– Вы знали о заговоре, не правда ли?
– Да, но…
– И ничего не сделали, никому не сказали. – Он наклонился вперёд. – Это государственная измена, Мастер Сапиент, и вас повесят без долгих разбирательств.
Наступившую тишину нарушали лишь крики во дворе. В комнату влетела шальная муха, с жужжанием пометалась по комнате, забилась о стекло.
Джаред попытался собраться с мыслями, но не успел.
– Где Ключ? – рявкнул Смотритель.
Надо было срочно придумать какую-то ложь. Но сапиент молчал.
– Она взяла его с собой, ведь так?
Не получив ответа, Смотритель выругался.
– Весь мир думает, что Джайлз мёртв. Она могла получить всё, Королевство, трон. Неужели она думала, что я позволю Каспару ей помешать?
– Вы участвовали в заговоре? – медленно спросил Джаред.
– Заговор! Эвиан со своими детскими мечтами о мире без Протокола! Да не бывает никаких миров без протокола. Я бы дал возможность Стальным волкам разобраться с королевой и Каспаром, а потом просто казнил бы их. Но теперь она против меня.
Он слепо уставился в пустоту.
– История о её матери, которую вы ей рассказали...… – осторожно начал Джаред.
