- С каких пор моя Мышка превратилась в дикую Кошку… - проговорил инкуб, откровенно мною любуясь. Причём взгляд его как-то быстро соскользнул вниз, к декольте, которое держалось уже на одной ниточке. – Ты прекрасно знаешь, что нет.
- Тогда к чему весь этот фарс? Я тебя хочу.
Нет, определённо мне нельзя носить красное. Потому что сейчас и следа не осталось от благородных побуждений спасти инкуба от неминуемой смерти.
Я просто его хотела.
- Если я возьму тебя сейчас, потом придётся высадить на полпути. Или карету подарить, а самому топать домой пешком. Только так. Рядом нам находиться будет уже нельзя.
- Почему-у-у?.. – простонала я разочарованно. – Кто сказал? Ты же вроде решил наплевать на Орден?
Велиар презрительно скривился.
- Не напоминай. Аластар пытался меня остановить, когда я ехал к тебе. Засранец следил за моим домом.
Меня снова обожгло ледяным ужасом.
- Так зачем тогда мы туда едем?! Ты с ума сошёл?
Инкуб посмотрел на меня снисходительно.
- Как по-твоему, я бы до тебя доехал, если б Ал решил применить предусмотренные Кодексом санкции?
- А он что же… нет? И что за санкции, кстати?
- Он сказал, что я больной на голову, но раз решил самоубиться, то без его участия. Что так и быть, он будет меня покрывать, пока сможет. Нас покрывать, Эрни.
Я потрясённо молчала, осмысливая.
- Почему? Разве так может быть, что лишь из-за дружбы? Что ещё ты мне не рассказываешь?
Велиар не ответил. И про санкции мой вопрос он тоже проигнорировал…
- Речь сейчас не обо мне. Я всего лишь хотел тебе показать, что не спешу делать тебя своей прямо сейчас вовсе не потому, что боюсь дурацких угроз Ордена.
- Почему же тогда? – я вдруг почувствовала, что совсем обессилела. После недавнего волшебного чувства всемогущества меня накрыл мучительный откат. Теперь я ощущала себя тем, кем была на самом деле. Беспомощной былинкой на ветру. Крохотной мошкой перед стихиями столь мощными, что могут раздавить меня и не заметить.
Руки ослабели, я упала на Велиара и прижалась лицом к его шее. Он вздрогнул. Ах да, там же бюст мой многострадальный к нему тоже прижался… ну и ладно. Пусть терпит, раз такой бессердечный.
- Я тебе много раз уже говорил. Это опасно для тебя. Я уже сбился со счёту, сколько раз пил твоё Пламя… вдруг выпью всё без остатка?
Меня вдруг осенило, что он тоже боится.
Надо же – инкубы умеют бояться…
Но как-то так вышло, что он больше не отталкивал меня – а обнимал. И его руки не пытались удержать дистанцию между нами, потому что это было бесполезно. А мои – сами собой обвились вокруг его шеи. И я опомнилась только, когда поняла, что целую – не важно, куда, куда пришлось. Шершавая щека, скула, изгиб челюсти, ухо… Лихорадочно, как одержимая. А он не отворачивается, только чуть вздрагивает каждый раз, как мои губы оказываются на его коже.
Можно сколько угодно говорить самые правильные слова на свете. Но когда наши тела так близко, когда горит след от поцелуев на коже, когда один пульс и одно желание на двоих – голос разума должен замолчать.
- Пожалуйста… Велиар, пожалуйста… - я обхватила его лицо ладонями и заставила на себя посмотреть. – Больше никаких игр. Я тебя не соблазняю. Ты прав – в этой игре мне тебя никогда не переиграть. Слишком разные весовые категории. У меня осталось только одно, последнее оружие – правда. Хочешь правду? Я умираю без тебя. Я быстрее умру, если ты станешь меня отталкивать, чем если сделаешь, наконец, то, что всё равно рано или поздно произойдёт, мы же оба это знаем. Тогда зачем откладывать? Я боюсь, Вел. Я боюсь будущего. Мне кажется, там нас не ждёт ничего хорошего. Я бы хотела навсегда остаться в этом «сейчас». Я… больше не могу без тебя.
Мой голос сорвался. Слова закончились – когда были сказаны самые главные. Я так долго была одна. Но всю глубину этого ада осознаешь только, когда узнаешь, как бывает по-другому. После наших торопливых встреч, поцелуев украдкой, мгновений страсти и горячечной нежности – как теперь жить без этого?
- Не отталкивай меня, Вел. Мне без тебя так одиноко...
- Что ты знаешь об одиночестве, - с горечью ответил инкуб.
А потом впился в мои губы.
Как будто озверевший от голода зверь набросился на добычу. Он рвал куски моего Пламени, едва они вспыхивали во мне. Целовал так, что болели губы, почти кусал. Ладони сомкнулись на моей талии железной хваткой.
Инкуб как невесомую пушинку поднял меня и пересадил на себя сверху.
Зарычал мне в шею, пуская волны мурашек по телу. Я откинула голову, подставляясь губам и языку, ловя глотками густой, раскалённый, как зной в пустыне, воздух.
Последнюю завязку на корсете Велиар оторвал зубами. Его руки уже были под моими юбками. Когда он смял мои ягодицы под юбками и вжал меня в себя, чтоб ощутила как следует, чтоб не смела даже сомневаться… я прикусила ладонь. Боялась, что кучер услышит… но потом забыла даже думать о стеснении.