Первая попытка разузнать, куда подевалась Лили, окончилась полным провалом.
Девушки из того самого кружка «счастливиц», которым повезло узреть божественный лик инкуба и даже дышать с ним одним воздухом, поведал мне, что Лили ушла вскоре после меня. Якобы, в страшнейшем раздражении. Куда – никому, само собой, не сообщала.
Катрин в зале тоже обнаружить не удалось. Что с одной стороны, немного успокаивало – может, закадычные подружки снова кому-то перемывают кости в укромном уголке? С другой стороны, не совсем, потому что приказ водворить Лили обратно в родные пенаты я так всё равно не выполню.
Поэтому поиски пришлось продолжать.
Они ничем не увенчались и у стола почтенных гувернанток других девушек, которые на время бала обычно предавались невинным утехам вроде чаепития и пересказывания свежих сплетен, пока их подопечные снашивают туфли до дыр на танцевальном паркете.
Я в этот круг традиционно не вписывалась – и не горела желанием. Потому что это для хозяев гувернантка, как правило, – объект чуть поинтересней занавески. Твои же собственные коллеги тебя обсмотрят и обсудят с ног до головы – и от острых глаз этих умудрённых житейской мудростью дам я старалась на всякий случай держаться подальше.
- Кажется, мисс Льюис направилась в сторону парка. Мне ещё подумалось, девица умаялась в духоте. Здесь ужасно душно, - процедила одна, похожая на бледную ящерицу в чепце. А потом добавила, бросив на меня самодовольный взгляд. – К сожалению, некому было предостеречь эту чудесную девушку. Ночи нынче холодные. И… опасные для юных леди. Как хорошо, что моя подопечная, Мими, достаточно хорошо воспитана, чтобы не совершать подобных опрометчивых поступков.
Я от души поблагодарила за ответ и ретировалась. Ну не говорить же мне было в ответ, что бедная Камилла, забитая и запуганная полненькая блондинка, боится лишний раз не то, что шагу ступить, а и рот раскрыть? Так и сидит вечера напролёт в том самом углу для будущих старых дев.
Бедная девочка. Учитывая положение финансовых дел в её семье, о чём судачили все, кому не лень, прямая ей дорога в гувернантки. Вполне возможно, что это её последний бал в Кроуфорде. И только Ящерица ещё продолжает игнорировать очевидное и тот факт, что скоро ей самой придётся отбрасывать хвост и куда-нибудь снова мимикрировать.
Ну да и бог с ними со всеми.
Парк.
Ночью.
Что ж… Где наша не пропадала?
Я закуталась поплотнее в шаль и вышла в стылую ночную тишину.
Масляные фонари горели лишь у входа в особняк Ормундов, где на подъездной аллее толпились запряжённые брички, кареты и экипажи поскромнее. Мой путь лежал, очевидно, дальше – туда, где на ночное освещение хозяева решили уже не тратиться, рационально полагая, что только полный идиот пойдёт бродить осенью по дорожкам среди ночи.
Ну, или идиотка.
Я почём свет костерила про себя Лили, пока пробиралась по хрустящим гравием дорожкам под сенью чёрных полуоблетевших деревьев. Они напоминали великанов, что тянутся к тебе с высоты скрюченными пальцами. Была б я чуть более мнительной особой, непременно бы испугалась до чёртиков.
Я всё дальше отдалялась от светящихся окон особняка.
В конце концов, остановилась, и решила подумать.
Просто так «погулять» Лили бы вряд ли вышла сюда – слишком неуютное место. Хорошо, хотя бы дождя не было несколько дней. Но всё же – это капризное создание слишком ценит собственный комфорт, чтобы лезть в сырую полночь куда-то из тёплого и сытного места. Значит, совершенно точно не погулять.
Значит – за инкубом. Или, в худшем раскладе, «с» инкубом.
А поэтому – что? Правильно! Будем рассуждать как инкуб.
Я издала нервный смешок, но тут же одёрнула себя. Значит, представь себе, Эрни, что ты инкуб. И с девушкой собираешься вовсе не стихи читать. Куда ты потащишь добычу, чтоб с удобством и комфортом ею подзакусить? «С дороги», как он выразился. Сволочь прожорливая.
М-м-м-м…
Я пару минут прохаживалась взад-вперёд по дорожке, а потом решительно направилась вперёд. На развилке свернула направо. Затем ещё направо.
И наконец, вышла к обширным конюшням леди Ормунд.
Приземистое вытянутое здание с покатой крышей чернело несколько на отшибе от основного дома. Позади него маячила округлая площадка для выездки, посыпанная песком, сейчас совершенно пустая. К широким двустворчатым воротам вела хорошо утоптанная дорожка. Снаружи ворота были не заперты, а между створками виднелась приличная такая щель.
Я мысленно распрощалась с жизнью и, на всякий случай, ещё и с честью.
Ну и шагнула внутрь.
Громко провозгласила в полумрак:
- Прошу прощения, если кому-то помешала, но мисс Льюис пора баиньки! А спаньё на грязной соломе вредит здоровью.
Судя по всему, помешала я только лошадям, которые забеспокоились в своих стойлах. Кто-то из них тихо заржал, кто-то ударил копытами в переборку.
Я устало вздохнула. На всякий случай прошлась туда-сюда по центральному проходу между двумя рядами стойл, на крючьях возле которых была развешана разнообразная лошадиная амуниция. Позаглядывала поверх невысоких, мне примерно до носа, загородок.
