— Акт сказал, что силы Внутренней Обороны примерно десять лет назад прикрыли здесь, на Кадии, еретическую секту. Они называли себя «Сыны Баэля». По большому счету, просто ничего не стоящий сброд. Безвредный. Но на допросах сектанты сознавались в том, что поклонялись демону, которого они называли Ваал, или же Баэль. Местный лорд инквизитор немного повозился с ними да и сжег.
— Как его зовут?
— Горфал. Но он мертв, вот уже три года. Сейчас его пост занимает женщина. Леди инквизитор Нев. Так или иначе, но с тех пор эта секта возрождалась уже несколько раз. Впрочем, ничего такого, с чем бы не смогла справиться группа, обученная подавлению ереси. Как я уже говорил, Сыны Баэля действительно довольно безобидны. Интересовались они только одним.
— Чем именно?
— Измерением структур пилонов.
Пилон уже некоторое время маячил за лобовым стеклом «спидера», и, подлетев поближе, Фишиг облетел вокруг него, практически касаясь черного камня.
Протяжная песнь ветра, пронизывающего строение, звучала теперь так громко, что я мог слышать ее даже за ревом турбин «спидера».
Пилон был огромен: полкилометра в высоту, с площадью основания примерно в четверть квадратного километра. В искусно обработанном черном камне, которым сооружение было облицовано сверху, имелось множество аккуратно пробуренных воронок и округлых отверстий размером с человеческую голову. Проходя именно через эти узкие, двухсотпятидесятиметровые трубы, завывал и стенал ветер.
И трубы эти не были прямыми. Они пронизывали пилон подобно ходам червей. Техножрецы пытались запускать туда крошечные зонды-сервиторы, чтобы составить карты их переплетений, но дроны обычно не возвращались.
Когда мы поднялись выше, чтобы совершить еще один заход, я увидел вдалеке очертания соседнего пилона, расположенного на расстоянии в шестьдесят километров за вересковыми пустошами. На поверхности Кадии находятся пять тысяч восемьсот десять известных пилонов, если не считать двух тысяч тех, от которых остались только жалкие руины.
Двух одинаковых среди них не найти. Каждый поднимается до высоты в половину километра и еще на четверть уходит под землю. Они были возведены еще до колонизации этой системы людьми, и способ их возведения так и остался загадкой. Пилоны полностью инертны, если судить по результатам любых исследований, доступных нашей расе. Однако многие полагают, что именно их присутствие объясняет затишье среди яростных потоков варпа, делающего Кадианские Врата единственным спокойным, судоходным путем мимо Ока Ужаса.
— Так они пытаются измерить эту штуковину?
— Угу. — Фишигу пришлось перекрикивать гул «спидера», когда машина совершала еще один резкий разворот. — И эту, и еще несколько. С собой у них были ауспекс, геолокаторы и магнитные отвесы. Определить все измерения в точности — я действительно имею в виду «в точности» — и являлось основной задачей Сынов Баэля.
— Они связаны с Черубаэлем? Я имею в виду что-либо, кроме слова «Баэль».
— В тех журналах допросов, которые я читал, значится, что они поклонялись Ваалу через божество, чье полное имя звучит как Херувим Ваала. Или Черуб Баэля. Оно пребывало среди них, требуя, чтобы они измерили пилоны в обмен на великие познания и могущество.
— А тот лорд инквизитор... Горфал? Он уничтожил их?
— Не совсем. Мне кажется, он был довольно небрежен.
— Мне бы хотелось поговорить с леди инквизитором. Кажется, ты говорил, что ее зовут Нев.
— Да. Думаю, что это вполне возможно.
Решив успеть до темноты, мы поспешили на запад к Каср Дерт, крупнейшей из крепостей этого региона, столице провинциального правительства Кадукад. Когда мы пересекали кольцо внешнего рва, Фишиг передал дневные коды доступа сторожевым орудийным башням. Несмотря на это, батареи «Мантикор» и «Гидр» развернулись и взяли нас в прицел.
Приборы на панели тревожно запищали, сигнализируя о том, что на нас наведено множество орудий.
— Не волнуйся, — сказал Фишиг, заметив мой взгляд. — Мы в безопасности. Похоже, кадианцы не упускают ни одной возможности, чтобы потренироваться.
Мы обогнали медленно движущийся конвой из серых двенадцатиколесных бронетранспортеров и пошатывающихся самоходных «Стражей» и полетели над шоссе к крепостным валам. За ними из сумерек выступали угрюмые серые фортификационные укрепления Каср Дерт.
По небу шарили дозорные прожекторы, установленные на башнях земляных валов. Из укреплений торчало еще больше орудийных башен и дотов. Приборы снова запищали.
Фишиг сбросил скорость, снизился и заскользил к восточному барбакану — маленькой, отдельно стоящей крепости, ощетинившейся стволами «Сотрясателей». Верхнюю часть здания из тесаного камня украшал барельеф в виде имперского орла.
Мы влетели в ворота барбакана, промчавшись над гидравлическим подъемным мостом и внутренним рвом, и оказались на узких, петляющих улочках города-крепости.
