— Я думаю можете, — сказал Векс, немного повышая свой голос над жужжанием генераторов. Имея под рукой кого то, понимающего в хитросплетениях системы, и кто мог бы немедленно ответить на любой возникающий вопрос, позволит значительно ускорить его расследование. Он указал на части оборудования, окружающего его, многие с открытыми инспекционными панелями, из которых торчали наспех соединенные кабели и огромное количество восковых печатей с прикрепленными молитвенными пергаментами, немое свидетельство героических усилий Тониса и его ремонтных команд после предшествующих нескольких часов. — Повреждения в этой секции кажутся относительно небольшими.
— Действительно так, милостью Омниссии, — подтвердил юный техножрец, нетерпеливо кивая.
— Духи коротких замыканий ограничили святую энергию, предотвращая нанесение ущерба в ее стремлении к свободе. — Он неудачно постарался сохранить нотки гордости в своем голосе. — Я нес персональную ответственность за соответствующие ритуалы благодарности, за их своевременное вмешательство.
— Тогда мне действительно нужно руководство для входа в устройство Великой Машины, — сказал Векс, не видя ничего дурного в поощрении тщеславия молодого человека, если это поможет ему достать необходимые данные немного более эффективно. Быстрый цифровой обмен идентифицировал его как Брата Полка, низко квалифицированного техноадепта, прикомандированного сюда Адептус Механикус. Как и у всех остальных, с кем он обменивался рукопожатиями с тех пор как прибыл, второй слой вложенного кода содержал допуск безопасности, заверенный Инквизиторским связным офисом на Лате. Векс удовлетворился этим, до сих пор уязвленный подразумеваемым Кейрой пятном на честности ордена, которому служил. — Я прав, думая, что вторичные генераторы в похожем состоянии?
— Совершенно верно, — сказал Полк, отвечая точно в такое же льстивой манере, предложенный Вексом анализ был очень вероятен. — Системы безопасности выполнили свои функции как истинные слуги Машины.
— Превосходно, — сказал Векс.
Если Полк был прав, он только что сэкономил около трех часов кропотливого расследования. Он еще раз взглянул на схему, отмечая наиболее уязвимые точки.
— Если я предложу вам составить мне компанию в главный теплообменник, я уверен, ваши советы будут там так же ценны.
— Техномагос Тонис сказал, что моя служба здесь чрезвычайно важна, — неохотно ответил Полк. — Духи машин генераторной серьезно оскорблены, и они должны быть успокоены со всем уважением.
— Единственно правильно и верно, — ответил Векс, углубляясь в длительный, детализированный анализ без помощи молодого человека. Полк кивнул, его разочарование невозможностью принять участии далее в запросах было весьма ощутимо, и другая мысль пришла к Вексу. — Хотя, возможно помогая мне в поимке человека, ответственного за их страдания, как можно быстрее, возможно восстановит их равновесие даже более эффективно.
— Возможно поможет, — с рвением ответил Полк. — да и вы, кроме того, действуете от имени Инквизиции. Возможно я смогу выполнить свой долг лучше, помогая вам.
— Это кажется наиболее рациональным выводом, — сказал Векс, позволяя себе секундное удивление над энтузиазмом молодого человека, возможно видя в нем немного себя, в день, когда Инквизитор Финуби зашел в тихую святыню Механикус с интересной проблемой для разрешения. Он встал в стороне, деактивировал инфо планшет, и вернул его в карман робы. — Возможно вы будете любезны показать дорогу.
Талант Инквизитора горел и пульсировал как психический маяк, непреодолимо маня нарушителя к нему, обжигая своей чистотой и мощью. Нарушитель на мгновение замешкался, задумываясь о том, не ждал ли он слишком долго. Сила человека росла каждую секунду, его защита была остра и алмазно тверда, уязвимости, которые он надеялся найти, затягивались даже пока он смотрел.
Затем, когда он был уже на грани, чтоб развернуться и уйти, он увидел маленький недостаток, крошечную щель, в которую никто из его рода даже не посмел бы сунуться в большинстве обстоятельств, но у него не было выбора. Ведомый отчаяньем, он бросился в атаку.
Карлос пошевелился, его сон был тревожен, как часто бывало в такие дни. Он видел и делал слишком многое, чтоб когда-либо спокойно заснуть, но утомление сковало его сознание туманом, потопив и заставив задыхаться его душу. Он был с Элирой, она не часто ему снилась, приятные воспоминания, оба еще юны, они на кровати в вилле, в горах над Фаллионом. Он возвратился в дни, когда они были только вдвоем, до того, как к ним присоединился Ройкрик, охотник за головами и Верро ратлинг. Теперь Ройкрик и Верро мертвы, и он оплакивал их, отчаянно рыдал, даже несмотря на то, что они умерли в полусекторе от него и тремя годами позже Фаллиона.
