«Молюсь над этой чашей, принимаю в себя это вино, которое пусть станет кровью. Слово моё, как камень — вечное: хранить жизнь аная Янко Фернидада-Фортхай, служить ему и защищать. И да не предам я его ни во тьме, ни во свете!».
Кстати Лобеля тоже притащили. Старик Нойхэ лично позаботился об этом. После, каждый пустил себе крови немного и капнул в чарку. Проблема с этим моментом возникла в любезном Лобеле и, как ни странно, во мне.
«А что?! Ну не привык я в цивилизованном мире сам себя истязать!»
Лобеля заломали быстро. Нойхэ молча нож ему в руку сунул, или пригрозил сам это сделать. Ещё и сказал это с таким лицом, что управляющий быстро расставил приоритеты. Лобель, дрожа как осиновый лист, кое как чиркнул палец, и поскуливая да сетуя на кровожадных хозяивов, выжал маленькую капельку крови в чарку, которую терпеливо держал перед его носом старый капитан.
Как будто душу выжал, ей богу!
Я же, «собрав яйца в кулак» лишь слегка позволил себе поморщиться, когда острое лезвие полоснуло большой палец. Хотя признаться я не жёсткий герой и делать себе глубокий надрез на ладони больно, и безусловно глупо я считаю. Это только в кино показывают как герои лихо вспарывают себе ладонь, а потом замотав наспех тряпкой продолжают заниматься делами. Хотя, признаюсь чести ради — собравшиеся щедро полосовали себя, ну кроме Лобеля. Этот вообще от вида массового истязания сидел на стуле белее мела. Будь моя воля — приказал бы не пускать кровь, хватило бы просто слов. Однако тут правила мира иные, и не мне их менять.
По итогу ритуала, обзавёлся амулетом в виде небольшой, аккуратной склянки наполненной этим воистину «кровавым» напитком. Едва я одел его на себя, как через мгновение она окрасилась в неярко выраженный фиолетовый цвет. Склянка блеснула только раз, словно вспыхнувшая фиолетовым светом звезда на небе, и тут же погасла, превращаясь просто в подвеску — амулет. Клятвенники последовали моему примеру, и с волнением надели амулеты на шеи. По залу прокатились разноцветные вспышки и послышались несдерживаемые возгласы удивления. Никто из собравшихся никогда не то что бы не приносил Клятву Слова, но даже не видели сие действо! Ну кроме разве что Варгона, этот то наверняка видел не мало в своей жизни! Потом снова последовали традиционные слова в стиле: «не убий господина сваво, не предай, не укради» и т. д. и т. п. Но это уже часть была больше похожа на простые хвалебы, кто во что горазд. Здоровья нажелали с три вагона и тележку.
Остатки вина Нойхэ вылил по дуге перед порогом дома на землю:
— Боги, примите эту клятву! И да сбережёт она этот оплот рода! А мы клянёмся служить и защищать аная Янко до смерти своей!
В следующее мгновение вино впиталась в землю прямо на глазах.
— Боги приняли нашу клятву, — кивнул мне Нойхэ ставя чарку на стол и давая понять что ритуал окончен.
В этот момент мне показалось как старик словно выдохнул после напряжения. Не поручусь конечно, что он был рад ритуалу, но надеюсь теперь убивать меня ему не с руки станет. Хотя как по мне, честно говоря, не вижу проблем замутить всё со стороны, через пятые руки. Вроде как и не приделах особо будешь, ну а мелкие проблемы можно и пережить.
«Представляю как у него сейчас мысли расходятся. Клятву не приносить он естественно не мог, многие бы не поняли рукавого. И в то же время убить просто так он теперь меня не может… по идее. Что касаемо самого ритуала — скромненько как-то всё вышло. А с другой стороны, что я ожидал? Феерверков? Магических эманаций и грома небесного? Остынь, Серый. Таких клятв наверное на дню по десятку, и не только таких. Прошений там всяких… Ладно. Имеем, что имеем!»
Разведка пришла как водится ожидаючи, но неожиданно. И новости были весьма мрачны. Банда разбойников нагрянула в Пятидворье и знатно разграбила, убив тех немногих кто там жил. Номинального главу-фермера порешили особо жестоко, а его жену и дочь изнасиловали и избили, но они остались каким то чудом живы. Они в шоке забились в подвал дома и чуть не померли с голоду, но выйти не решались. Еле удалось найти их.
Поговорив с одной из женщин, удалось узнать что главаря шайки зовут Кронк. Углубившись в лес немного, парни выследили и поймали одного из разбойников, но в погоне пришлось его подстрелить, и вышло неудачно. Пока он подыхал, бойцы выведали у него кое-какие детали. Жаль, живой был бы полезнее!
Как удалось выяснить, в банде их примерно полтора десятка. Некоторые с дубинами, у других копья, а у двоих были даже мечи: у самого Кронка, и его помощника, что принимал самое активное участие в насилии и отличался особым зверством.
«А там ведь хорошее подворье, скотина кой какая была. Лобель вон говорил что молоко да сыр оттуда возили… Ну су%а! Так просто это тебе не пройдёт. Повешу, как бешеную собаку! Пора начинать охоту, а то каменоломня простаивает.»
