— Тииихоооо!!! — мой голос грянул словно гром в пещере, да так, что аж Фелани отступила от меня на пару шагов. — Клянусь богами, если не дадите сказать, то уже сегодня к ночи вашими костями полакомятся дворовые псы Хайтенфорта!!!
Секунду кипишь ещё продолжался, но вдруг резко стих. Стало так тихо, что я слышал как лают упомянутые собаки снаружи, словно они услышали меня и теперь ждали лакомство.
— Начнём сначала, — уже спокойней произнёс я. — Я понимаю ваше негодование по поводу того, что тело вашего потомка, последнего мужчины и истинного сына рода Фортхай, занял неизвестно кто, да ещё и иномирок. Но поверьте я не жаждал этого, и нахожусь в теле Янко не по своей воле! Но что случилось, то случилось. Уж не знаю боги ли в этом замешаны, либо его величество случай, но факт есть факт! — я сделал паузу и услышал как лёгкий шёпот пронёсся по залу. — Земли Фортхаев в упадке, недруги спят и видят как бы разорвать их, урвав кусок пожирнее, рахи грабят селения и сжигают их дотла, пожирая потомков тех, кто был с вами, и в беде и радости служа вам! Турим и его Вещий, а так же другие анаи — признали во мне потомка и наследника Фортхай. Однако, мне дали год на восстановление владений и если я не справлюсь, то скорее всего меня убьют. Но не только моя жизнь стоит на кону, но и многих людей. Ваших людей, что служили вам верой и правдой многие поколения. В случае неудачи — род Фортхай будет стёрт с лица этого мира и предан забвению. Ваши могилы, новый хозяин земель, хорошо если просто закопает в ближайшем лесу. — Снова шёпоток завитал по крипте.
«Никак совещаются предки — покойнички? Дошло наконец то?»
Между тем я продолжил:
— Шансы спасти всё дело вашей жизни есть, но я не смогу нормально работать зная, что древние предки Фортхаев меня не признали и не поддерживают! Теперь Я спрашиваю вас — признаёте ли вы меня, Сергея с Земли, своим потомком, анаем Янко Фернидадом Фортхай, ануном аная Фернидада Куро Фортхай!?
В этот раз стояла тишина. Никто не высказал своё недовольство беснуясь в тесном гробу. Но я не знал, не видел и признаков их согласия.
Сзади охнула Фелани, и я резко обернулся.
Нечто белёсое, словно густой туман по утру, выбралось из саркофага Фернидада сквозь щели и колыхаясь подплыло ко мне. Я стоял не двигаясь, боясь спровоцировать этого призрака. Из неопределённой формы он резко изменился в более человечную и почти сформировавшейся рукой прикоснулся моей щеки.
Никакого замогильного холода я не почувствовал, а наоборот это было тёплое и нежное прикосновение. Как… Прикосновение любящего отца к сыну. На меня накатило то самое чувство, что я испытал в первый день когда увидел Фелани, как и в ответ на её прикосновение. Тогда я обнял её в непонятном порыве нежности сына к матери, хоть и не являлся им по факту. Вот и сейчас происходило тоже самое. Но как можно обнять призрака?!
— Отец! — голос мой звучал взволнованно, но говорил я уверенно. — Всё что я сказал — это правда, и мне нечего добавить. Порой мне кажется, что часть истинной души Янко осталась в теле. Я не гоню её и не препятствую её проявлению. Фелани, моя мать, а ты мой отец, так распорядилась судьба.
Призрак Фернидада облетел меня вокруг, словно осматривая, и потом просто кивнув, нырнул в свой саркофаг.
Я стоял ни жив, ни мёртв. Всё это… как-то чересчур уж необычно.
— Янко, — Фелани тихо позвала меня по имени. — Они признали тебя.
— А как же остальные? Почему они молчат? — неуверенно поинтересовался я. — Своё отрицание они высказывали более бурно.
Фелани обняла меня за плечи и повернула к себе лицом:
— Мёртвым не нужно видеть или слышать друг друга что бы поговорить. Они приняли решение и твой отец его до тебя донёс.
Она потянула меня легонько за руку к выходу:
— Пойдём. Мёртвым пора отдыхать.
Ещё несколько дней я ходил под впечатлением от посещения усыпальницы. Моё земное сознание никак не могло свыкнуться с произошедшим. Такого просто быть не могло, об этом кричало всё моё нутро. Но вот поди ж ты!… Это ж надо, призраки вживую!… О, боги! Вечера в этом мире перестают быть томными.
Но дела не ждут, и проблемы никуда не делись. Вскоре я снова погрузился в налаживание дел и суету мирскую так сказать. Двигалась стройка по заделыванию дыр в стене, начали строить казарму. А каково первое правило стройки?… Сперва сортир, потом забор!
Я решил жёстко покончить с антисанитарией и кое как разъяснил люду, что такое общественные туалеты. Короче загрузился чертежами и озадачил местных плотников. Сложного там ничего нет, а вот заодно проверим на что способны местные мастера.
Казарму расчерчивал острой щепой на пласте глины в присутствии обоих моих помощников, Айтэна Каменюки, который всё более становился похожим на тех кого называют тангорами, а не на пьянчужку — гнома, ну и само собой мастеров по дереву.
— К холодам из камня такое строение не поспеем. — Заверил Каменюка. — Один этаж возможно, но два… Нет, никак. И так две стены ведём!
— Блин, — досадливо буркнул я. — Ладно, давай так: строишь первый этаж и на зиму перекрываем лесом.
