– Ну здравствуй, Драрг! – скрипуче прохрипел мутант, наконец-то доковыляв до стола, стоящего между лачугами. Просто стоять на месте он не мог, постоянно дергался в стороны, непослушное тело так и норовило упасть, и поэтому для удобства ближайшая лачуга была использована как опора. Только вблизи стала ясна причина такого поведения. Банальные судороги, не все мышцы наспех выращенного тела поддавались полному контролю. Тело Иск-Ину создали, но получилось оно больным, мало пригодным к использованию. Или причина была в другом. Вероятности, что данный мутант является носителем способностей, отменять было нельзя.
– Вы так и будете стоять? – обратился к Бхаргу и Наргару Драрг. – Общие правила, вы обязаны…
– Нет, они ничего и никому не обязаны, – перебил мутант, мозг которого являлся вместилищем для Иск-Ина, и наверняка был связан при помощи нейронных передатчиков с основными ядрами, с так называемыми главными мозгами Основы. – Цивилизаций медведей и людей давно нет, а с ними нет и прошлых законов. В данный момент остался лишь один закон – это я, Основа. Бхарг и Нрагар, оставьте нас, дальнейший разговор вы не слушаете. Отправляйтесь к Саргару, он переправит вас к будущему командному центру, здесь ваши услуги больше не требуются.
Медведь и человек выглядели виноватыми без вины. Даже не взглянув на Драрга, они спешно удалились. Главное было ясно – перечить Основе они были не способны, страх был сильнее их.
– Это тело обладает колоссальным функционалом, в нем собран феноменальный набор способностей. – Мутант поднял руку и указательным пальцем… нет, указательным когтем показал на голову Драрга. – Мне было не трудно забраться в твой разум и покопаться в нем в поисках истины. Раньше у меня не было такой возможности и приходилось либо сканировать ДНК и в ней просматривать память, либо просить помощи у кого-то, кто подобные способности имел. Но был большой минус, носителям способностей, имевшим собственный и независимый разум, нельзя было доверять полностью, а вот себе можно, потому что я всегда един. Ты даже не можешь представить себе, какой горизонт свободы теперь открыт для меня! Это новая ветвь развития, это огромное будущее! Я даже начинаю сомневаться в надобности командного центра!
– Если ты был в моей голове, то ты видел всё, что видел я, и знаешь, что это правда. Скарг…
– Да-да, я все видел, и теперь сомневаюсь в правдивости этой памяти. Скарг слишком силен, он мог создать ловушку в твоем разуме, он мог изменить воспоминания. Слишком опасный враг, я не уверен в тебе полностью, поэтому я не имею права оставлять тебя в живых. Я понимаю, ваш вид на грани, слишком мало вас осталось. Но и рисковать своей безопасностью я не вправе. И поэтому выбор однозначен. Ты умрешь, Драрг.
– Но ведь это ты отправлял нас убить Скарга! Ты говорил с нами там, в корабле, ты вешал на нас генераторы, которые хотел взорвать перегрузкой! Та часть памяти, до выхода из корабля, она известна тебе и без сканирования моих мозгов! Ты ведь един, все твои ядра связаны, и даже сейчас твое сознание связано с теми ядрами, что еще функционирует. А я знаю, таких ядер много, я смотрел информационное табло корабля! Ты, Основа, знаешь, что я не на стороне Скарга! Тебе известна правда! Известна!
Драрг впал в истерику, но спокойный тон Иск-Ина сумел успокоить его:
– Да, правда мне известна. Но при этом у меня нет стопроцентной уверенности, что это настоящая правда. А вот паранойя, которой я стал подвержен после того, как научился испытывать эмоции, есть. Скарг, мне постоянно кажется, что он где-то рядом, что он наблюдает за мной. А еще мне кажется, что Росс запланировал большую пакость, о которой мне пока неизвестно. Даже сейчас у меня есть ощущение, что Скарг смотрит на всё здесь происходящее твоими глазами. Скарг, если ты смотришь, то знай, что это тело лишь тест. Скоро мы все доработаем, осталось совсем немного времени и все ошибки будут исправлены. И я получу идеальные оболочки. Сотни, а затем тысячу оболочек. Я Основа. Я буду везде…
Глава 6
Зверь, которого берсерки называли сахаши, а люди урлооком, с трудом преодолел последнюю преграду – гигантскую ледяную стену. Не с первого раза, потому что лед не был крепким, множество трещин пронизывали его, и поэтому он порой раскалывался на крупные части от малейшего физического воздействия. И эти крупные фрагменты с легкостью отправляли упорного альпиниста к самому началу – в ледяную воду океана.
Но зверь, испытывая неудачи одну за другой, не прекращал попыток забраться наверх. И в конечном итоге он добился желаемого, стена закончилась и гигантское ледяное плато предстало во всей своей унылости. Пустыня снега и льда, тоска и неизбежность бытия, в этом месте было прекрасно умирать. Но в этом месте нельзя было жить. Скука, одолевшая сознание, вызвала новые чувства, но контроль извне тут же погасил их и потребовал полного подчинения. Сопротивляться такому сильному разумному сахаши не умел и поэтому ему пришлось подчиниться. О свободе он даже и мечтать не мог…
