Первая разлука берсерка и его верного сахаши прошла почти без физического насилия, а только с насилием моральным. Являясь обладателем мощнейшего разума, Скарг создал неотличимую от реальности иллюзию и убедил Рагхара, что его сахаши погиб от его же, берсерка, лапы. И медведь, не пытаясь во всем разобраться, поверил в это. И вера та была перемешана с горем и обрела такую силу, что легко передавила связь, которая имелась между всяким берсерком и его верным сахаши. И ранее двусторонняя, связь стала односторонней, Рагхар своего друга чувствовать перестал, и сперва ушел в полную апатию, а затем намеренно выбросил большую часть воспоминаний и страдания отошли на второй план. Но вот друг его, верный урлоок, так и остался с ним связан и как и прежде всегда мог определить, где тот находился, чтобы затем прийти к нему. Но носители мощнейшего разума, да будут они убиты друг другом, установили над зверем контроль и, как бы он ни пытался, не позволяли ему сбежать. Раз за разом они врывались в разум мутанта и наводили там свои порядки. Только так и никак иначе они могли заставить его подчиниться, ведь заставить его покориться добровольно они не могли. Пытались, но для них это было задачей непосильной. А тем временем запущенные изменения медленно, но неотвратимо вступали в силу и с каждым новым днем мутант становился совсем другим существом.
Да, зверь менялся, и со временем хорошо изучив и Скарга и Росса, он видел их сильно похожими и, если бы не отличие во внешнем облике, мог бы подумать, что они произошли от одного выводка. Оба, являясь существами способными на многое, привыкли всё решать сначала грубой силой, оставляя после себя множество разрушений, и только потом начинали думать, когда уже силой ничего не решалось.
Но одновременно с этим они так же и отличались. Скарг не был таким упертым, как Росс. Первый, если у него что-то не получалось, обычно тут же переключался на другое, старался отвлечь себя, пытался найти альтернативу. Да, неудачи были в его жизни явлением редким, всего одна случилась во времени нынешнем, но именно ее он и бросил, не добил, и от того и были сделаны такие выводы. Что касалось Росса – этот носитель мощного разума был уникально уперт и, если у него что-то не получалось, не опускал рук и пытался найти новые решения, чтобы в конце концов дожать сложное дело.
Таким делом был урлоок, оба разумных пытались подчинить его себе добровольно и оба применяли для этого простейшую тактику – наказывали болью. Скарг был первым мучителем, зверь от него немало натерпелся, но подчиниться даже не думал, и поэтому древнему человеку быстро надоело возится с упрямым мутантом и он добился от него покорства иным, простейшим способом – задавил слабое сознание мутанта своим непомерно сильным разумом. И делал так многократно, раз за разом ломал волю урлоока, но ни разу не попытался вновь вернуться к добровольному подчинению. Древний, если имелась короткая дорога, всегда выбирал именно её. Долгие пути ему были не интересны…
Зверь, находившийся в подчинении Скарга, плохо помнил долгий путь по воде. Человек, оседлав его подобно берсерку, решился на истинно бредовую затею – вздумал переплыть океан. Лишь изредка мутанту удавалось вырываться из цепкого капкана подчинения. Обычно это случалось в моменты подпитки. Древний, когда силы покидали зверя, отдавал ему свою энергию. Да, при всей физической мощи и непомерной выносливости, самостоятельно переплыть океан урлоок был не способен. Но так же на такое был не способен и Скарг, и поэтому для выполнения этой задачи требовался тандем двух совершенно разных существ. Один плыл, а второй это плаванье поддерживал. И они, находясь на грани гибели, сумели сделать невозможное – доплыли. Но, как выяснилось в конце, на этом их трудности не закончились.
Основа, выбирая место под строительство тюрьмы для Росса, не забыла изучить рельеф ледяного материка. И, как полагается, выбрала максимально худший вариант. Сама тюрьма была построена в нескольких километрах от омывающего берег океана, примерно на северо-востоке континента. Там, где бесконечные волны раз за разом накатывали на отвесную стену льда. На стену, что простиралась в стороны на несколько тысяч километров и порой была столь высокой, что в сравнении с ней земные небоскрёбы показались бы малышами. И на эту стену обессиленному зверю, с далеко нелегким Скаргом на спине, нужно было взобраться. И другого, более простого варианта решения проблемы, на тот момент просто не было. Сил, чтобы заложить крюк и взойти на материк в более комфортом месте на момент прибытия не осталось и восстановить их было никак нельзя. Это уже после, когда Росс вновь стал могучим, благодаря его способностям к берегу пришло огромное множество подводной живности. Но на тот момент, когда нужда в ней была особенной, воды океана были совсем безжизненны. А если в них и было чем поживиться, то вся эта пища обитала на таких глубинах, которые урлооку в тот момент были просто недоступны.
