— Моя тоже не сахар. Вчера утром чуть пауки не сожрали, а позавчера от гусениц отбивался. Каждый день сплошные приключения, и никто за них не платит… Баб не вижу, они у вас есть? Еду для меня, надеюсь, не вы готовить будете?
— Нет, не мы. — Негр кивнул на домик, который заметно отличается от собратьев качеством и сказал: — Это будет твоей гостиницей, но только после того, как убедишь нас в платёжеспособности.
— Так сойдёт? — я вытащил из кармана увесистый золотой перстень и бросил коротышке.
Поймав его у самой земли, негр занялся внимательным осмотром. Потратив секунд пятнадцать и зачем-то попробовав перстень на зуб, поставил вердикт:
— Этого будет достаточно на оплату всего, что назвал, но только ровно на сутки. Смею спросить, своё отдаёшь или ворованное?
— Своё, честно добыл во время путешествия. Порой нахожу машины с сидящими внутри скелетами и снимаю с них подобные ценности. Покойникам без надобности, а мне помогает. Ничего против не имеешь?
Карлик несколько раз сплюнул, рожа его перекосилась. Вернув самообладание, он сказал:
— Если есть ещё что-то, то можем поменяться на товары первой необходимости. Имей в виду.
Не знает он, что золото на самом деле не с покойников снято, а взято у Росса. Легенда выдумана с простой целью — не привлекать внимания. Основной запас самой совершенной валюты этого мира хранится у мишек, с собой взял минимум.
— Если надумаю чего купить, то сообщу. Не богат, поэтому шиковать не приходится. Вот на обратном пути да, шикану, в ваших краях надеюсь неплохо прибарахлиться различными украшениями и прочими ценностями. Чем меньше людей, тем больше покойников, до которых ещё не добрались загребущие руки. Пошли уже, а то я сейчас свалюсь от усталости…
— Ну и рожа у тебя, Ермак, вылитый леший…
Посмотрев в зеркало, был удивлён настолько, насколько может удивить изменившаяся до неузнаваемости внешность. Волосы отросли почти до плеч, как-то страшновато даже от их усилившегося в ходе путешествия роста. Борода и усы тоже не отставали, вымахали будь здоров, первая свисает почти до груди, из вторых можно верёвки плести. Не буду ничего сбривать, так лучше и теплее. Данная местность славится теплотой только днём, ночью тут даже снег бывает, а сейчас ведь по разговорам лето. Дальше, севернее, будет ещё хуже.
Сходив в баню и проторчав там почти два часа, не забывал много есть, прямо в предбанник пищу приносили, и она тут же исчезала в моём рту.
Закончив мыться, париться и вдоволь наевшись, отправился спать. Двенадцать, а то и шестнадцать часов сна себе точно могу позволить. Кроватка, милая кроватка, чистая и приятно пахнущая, давно о тебе мечтал…
— Спишь почти сутки, пора вставать!
Услышав русскую речь, я немного испугался, потому что не ожидал, что встречу в заднице мира земляка. Сохранять полное спокойствие и ничем не выказывать удивления — вот что решил сделать.
Откинув одеяло в сторону, я нехотя сел, протёр сонные глаза и сделал вид, что пытаюсь вспомнить, где нахожусь. Оглядев пространство маленькой комнаты и инвалида, который разбудил меня, спросил:
— Чего орёшь, дурень?
— Кто орёт? Я ору? — удивился парняга лет двадцати от роду, с которым этот мир обошёлся крайне жестоко — мало того, что лицо до ужаса изуродовал, так ещё правую ногу до колена отнял и левую руку почти по плечо. В мясорубке земляк побывал, иначе не скажешь.
— Из нас двоих только ты орал… — буркнул я и, с трудом заставив всё ещё уставшее тело повиноваться, направился в сторону санузла.
— Я говорил спокойно, голос ни на децибел не повышал. — Умело вскочив одной ногой, паренёк опёрся на костыль, которым занята единственная рука. Попытался зачем-то рвануть за мной, но я остановил его:
— Посиди, подумай, я один душ приму, мне так больше нравится. Если хочешь чего-то выпить, то загляни в бар, у меня тариф «всё включено».
— Так тут ведь нет бара! — удивился инвалид.
Я пожал плечами:
— А это уже не моя проблема, друган…
Потратив на водные процедуры минут двадцать, вошел в комнату в приподнятом настроении и не удивился тому, что обстановка не изменилась — всё то же самое, и всё тот же паренёк сидит на тумбочке. Лучше бы было, если бы ушёл, не хочется лишний раз трепаться, да ещё и с земляком.
Посмотрев на часы, я спросил:
— Ты ещё здесь?
— А куда мне деться? — вопросом ответил гость.
Снова посмотрев на часы, я быстро посчитал время сна, и оказалось, что спал не около суток, а всего лишь одиннадцать часов. Состроив недовольную рожу, спросил:
— Кто-то обманул меня и отнял моё драгоценное время, которое было отведено на сон. Кто-то захотел леща?
Прислонив костыль к стене, парняга отмахнулся:
— Лещи в этом мире не водятся, нет их у тебя.
Продемонстрировав ладонь, я сказал:
— У меня они всегда с собой, притом запас неограничен. Тебе какого, сушёного или смачного?
Шаг вперёд, замах, и слышится визг на всю комнату:
— Прости-прости, я не хотел будить тебя! Я просто подумал, что вдруг ты земляком окажешься, потому что на английском разговаривал с акцентом! Я не ошибся, мне наконец-то повезло!
