Кравцов, выйдя из штаба первым, нос к носу столкнулся с полковником Мальцевым, которого изначально отправляли в лагерь как инструктора, но затем сняли с должности, но на новую так и не поставили. Степан Викторович, прославившийся брюзга, увидев Ивана Петровича, крепко схватили того за руку и, не разрывая рукопожатия, начал озвучивать заранее подготовленный текст:
– Вот ты и попался мне, пакостник неуловимый. Что, думал не поймаю я тебя, да? Кто там сказал, что я уже старый, а? Что за крыса тыловая рискнула в мой адрес рот открыть? Меня, героя, с должности снять, это надо же было устроить! Ты сам то, Ваня, видел кого вы набрали? Да у вас из всех лентяев, которых вы называете инструкторами, только один Росс на что-то и годится!
– Я тут, Степан Викторович, – Михаил, выглянув из-за широкой спины Кравцова, помахал рукой.
– Ты пока исчезни! – Мальцев показал кулак и снова переключился на Кравцова. – Что, Ваня, молчишь? Нечего сказать, да?
– Я, Степан Викторович, в данный момент иду именно к тем лентяям, о которых ты говоришь и хочу лично выяснить, являются они ими, или нет. Ты либо идешь со мной, либо просто исчезаешь с глаз моих. Третьего не дано. Выбирай!
– Ох-ох, какой ты грозный, Ваня! – полковник Мальцев похлопал Кравцова ладошкой по щеке. – А как надулся то, пингвин ты северный, смотри не лопни!
– На севере нет пингвинов! – недовольно буркнул Иван Петрович и, махнув рукой, обошёл Мальцева по дуге. Тот, не долго думая, засеменил следом.
Егоров, пихнув Михаила плечом, сказал:
– Похоже, что наклевывается что-то интересное. Повеселиться и отдохнуть, об этом я мечтал последние несколько дней. Ох и устроил ты, Мишка, тут. До тебя, честно признаюсь, было скучно…
Инструктора в полном составе сидели в небольшой беседке, наспех сколоченной за общежитием. Не было разговоров, только редкие задумчивые вздохи и короткие взгляды между сидящими командирами. Все отлично понимали, что в какой-то мере перегнули палку, когда выразили свое мнение относительно этого выскочки Росса. Как к этому отнесутся на самом верху непонятно. С одной стороны, каждый из присутствующих был своего рода легендой и гордостью Советского Союза. Выдающиеся командиры, непререкаемые авторитеты в своей специальности. Но вот так саботировать процесс подготовки…
Во время Великой Отечественной и не такие головы с плеч летели. За инакомыслие и саботаж можно было и на севера, и к стенке встать.
Поэтому появление из-за угла казармы силуэта Кравцова в сопровождении троих человек вызвало определенное оживление в группе ожидающих вердикта инструкторов, хотя фигуры Росса и Мальцева в группе сопровождения вызывали двойственные чувства. Может быть Иван Петрович решил заменить молодого выскочку Мальцевым?
– День добрый еще раз, – сняв фуражку и промокнув лоб платком, сказал Кравцов и оглядел торопливо поднявшихся со скамеек инструкторов. – Сегодня мне пришлось выслушать обе стороны и как судье принять своё решение. Ну-ка…
Подтолкнув плечом засуетившегося Чепурнова, Иван Петрович присел на край скамьи и стрельнул глазами по стоящим вокруг инструкторам.
– Вы считаете, что Росс незаслуженно занимает свою должность, не прислушивается к вашему мнению в тренировочном процессе и, что самое ужасное по вашим словам, заставляет вас тренироваться на равных с остальными кадетами…
– Иван Петрович, – не выдержал один из инструкторов. Сквозь толпу протиснулся коренастый крепко сбитый майор, в котором Кравцов угадал инструктора второго отряда Лепченко. – Извини, что перебиваю. Но так продолжаться не может, я уже не первую группу бойцов выпустил, когда этот! – Лепченко бросил презрительный взгляд на стоящего поодаль Михаила. – Ещё сиську мамкину сосал. И теперь этот зародыш офицера будет меня жизни учить?
– Лёша, остынь, – с укоризной посмотрел на разошедшегося инструктора Кравцов. – Я тебя давно знаю, сколько мы уже знакомы? Восемнадцать?
– Так точно, – ответил нахмурившийся инструктор. – Восемнадцать.
– И давно ты меня за дурака считать начал? – возмутился Иван Петрович. – Или ты решил, что я Росса над вами поставил, чтобы поиздеваться? Нет ребята, так дело не пойдёт. Миша предложил своё решение ваших разногласий, и оно мне кажется правильным.
Громко хлопнув ладонью по скамье, полковник заставил утихнуть начавшую шуметь толпу. Поднявшись на ноги, он подошёл к играющему желваками Лепченко:
– Ты, Лёша, сюда попал, потому что мастерски владеешь рукопашным боем. Тебя даже в газетах не светили, чтобы никакая гадина из Антанты на тебя не позарилась. Но Росс считает, что ты боец посредственный и требует, чтобы ты тренировался со всеми наравне. Предлагаю вам устроить бой. Думаю, что тогда всё станет ясно.
– А вот это подарочек! – глаза Лепченко довольно засверкали. Обернувшись к капитану, он смерил его оценивающим взглядом и добавил: – За минуту управлюсь с салагой, Иван Петрович!
– Когда готов будешь?
– А вот это обидно было, – ухмыльнулся инструктор и указал на площадку перед беседкою. – Народ, разойдитесь, сейчас будет небольшое представление!
