— Нет, — твердо ответил Иномир. — Нам нужно уйти как можно дальше. А если ты пойдешь на своих ногах, то в туфлях очень скоро устанешь.
— Не устану, — протянула Мила и подумала, не лучше ли ей будет самой слезть с коня. Хотела уже убрать ногу из стремени, как Иномир сам остановил Белогрива.
— Только потом не жалуйся и не проси меня передохнуть. — Он протянул ей ладонь.
— Не попрошу. — Мила крепко схватила его за руку и спрыгнула с седла, удивившись тому, как легко научилась это делать.
В черной ночи Иномир становился все мрачнее, а Белогрив все ниже опускал голову. Она плелась за ними, а перед глазами так и стояло нападение на лагерь разбойников: страшные корни, темные неведомые тени, скрипучий голос и жуткие черепа.
— Иномир, — тихо окликнула его Мила, — а ты знаешь, что это было за чудовище?
— Не знаю, — коротко ответил он. — Но сдается мне, что дела наши плохи, если они так далеко от Зловещего озера появились.
— Они же за мной приходили, да? — Мила посмотрела на него, но он промолчал. — Точно за мной. — Она виновато покачала головой. — Надеюсь, что никого из разбойников серьезно не ранили. Они хоть и сами не подарок, но я бы не хотела, чтобы кому-то из-за меня было плохо.
— Думаю, что сил у них хватит справиться с ельником.
— Но что же ему от меня надо? Неужели хочет утопить меня? Но зачем?
— Этого я тоже не знаю, — тяжело вздохнул Иномир. — Давай мы лучше об этом позже поговорим, а сейчас смотри под ноги.
Мила поежилась, обняла себя руками и даже о возвращении домой перестала думать. Только и представляла, как за ней страшные корни и черные тени гонятся. Даже показалось, что они сейчас полезут с обочины и на этот раз точно ее схватят. Она старалась не смотреть назад, но от каждого шороха по шее проходил мороз.
— Вставай сюда. — Иномир сделал шаг в сторону, поднял поводья и показал на место между ним и Белогривом.
Смущение прильнуло к щекам, но все же обочина пугала намного больше. Она кивнула и юркнула ближе к Иномиру. Страх медленно отпустил, и на душе стало теплее. Даже появились хорошие мысли о том, что совсем скоро наступит рассвет. Но Белогрив все медленнее и медленнее шел. Копыта его путались, голова опустилась почти до самой земли, а тяжелое дыхание становилось все более порывистым.
— Надо остановиться, — произнесла Мила, не в силах больше терпеть мучения Белогрива. — Разве не слышишь, как ему плохо?
— Слышать-то слышу, — задумчиво ответил Иномир, — но мы прошли всего ничего. Придется ему потерпеть…
Не успел он договорить, как конь свалился и жалобно заржал. Мила тут же кинулась к нему и в свете факела увидела, что вся его морда покрылась черными пятнами, а вены на шее вздулись и отчетливо пульсировали.
— Отойди, — требовательно попросил Иномир. — Эта хворь может быть заразна. — Он высоко поднял факел, с трудом заставил Белогрива встать и повел его от дороги. Только далеко не успели отойти, как конь снова грузно свалился на землю и задергался. Иномир громко выругался, разжег костер, погасил факел, сел рядом с конем и принялся его осматривать. Мила осталась в стороне, обеспокоенно наблюдая за ними. Но когда изо рта коня пошла черная пена, не смогла больше этого терпеть — подошла и встала за спиной Иномира.
— Я могу ему помочь, — тихо произнесла Мила.
— Чем ты ему поможешь? — с раздражением бросил он. — Твои травы здесь бесполезны. Это тебе не меня травить.
— Дай мне хотя бы попробовать. — Она попыталась пройти к Белогриву, но Иномир перегородил ей дорогу.
— Нет, Милослава, — он покачал головой и выпрямился, — у меня нет никаких сил смотреть, как он мучается. Лучше я сам это закончу. — Он решительно достал меч из ножен и замахнулся.
— Иномир! — Мила бросилась на его руку и изо всех сил потянула ее вниз. — Не губи жизнь, не бери это на свою совесть. — Он попытался ее сбросить, тогда она вцепилась еще сильнее и повисла всем весом. — Послушай же ты меня, черт возьми! Не убивай Белогрива! — Она была готова уже вонзить зубы в его руку, но он сам опустил меч. Мила ослабила хватку и, когда пригляделась к Иномиру, с удивлением увидела в его глазах слезы.
— Дай мне ему помочь, — постаралась спокойно произнести Мила, но голос все еще дрожал от пережитого волнения, — даже если не получится, он хотя бы сам спокойно уйдет. Убивать никого не надо.
— Делай что хочешь, — бросил Иномир, рывком развернулся и широкими шагами скрылся в лесу.
Мила проводила его взглядом, а затем посмотрела на страдающего Белогрива. Всхлипывая, она отошла к костру, поставила котелок с водой на огонь и достала из котомки сверток с сизоцветом. Но как увидела увядшую траву, грустно вздохнула и опустила плечи. До этого она всегда заваривала только свежие листочки, а сейчас даже не знала, что и делать. Но другой травы у нее не было, да и медлить было нельзя.
— Попробую так. — Мила взяла сизоцвет, но, прежде чем кидать его в воду, мелко нарвала и растерла листья в ладонях. Поднялся горький аромат, и она кинула траву в бурлящую воду. Отыскала среди вещей Иномира деревянную кружку, налила немного отвара и стала на него дуть.
