-Я… хочу посмотреть, на дом, на… — она не продолжила – но я и сама поняла.
-Я пойду с тобой, Дени. Не спорь со мной, ладно? Сейчас – я не хочу отпускать тебя одну.
-Как хочешь. – в таверну мы так и не зашли, отправившись по улице, освещаемой лишь светом ночных светил, к центру. Что интересно, я слышала, что в посёлках – а это уже почти город – чем ближе к центру, тем богаче дома. Ну, не знаю… здесь не было особых различий. Словно у всех был одинаковый достаток. Наконец, минут через пятнадцать, мы подошли в одноэтажному, но всё равно очень изящному – если только это слово можно применить — зданию. Вокруг был невысокий забор – скорее для того, что бы обозначить границу, нежели от воров. В окнах светился голубоватый свет – должно быть, магический. Я обернулась к Синеглазой. Она стояла абсолютно неподвижно, глядя на дом.
-Дени?
-Можно? – она взяла у меня из рук несколько цветов, отделив от букета, после чего легко перемахнула через забор и направилась к дому. Я же осталась снаружи – сейчас, я бы только помешала… Вопреки моим ожиданиям, она не пошла внутрь – лишь положила цветы на пороге. А потом просто развернулась и пошла ко мне. Неожиданно вокруг неё завертелась собака – большая, белоснежная – она не лаяла, не пыталась укусить – она словно радовалась, тихо повизгивая, когда Дени присела и принялась гладить её… И неожиданно животное завыло – тихо, пронзительно, тоскливо… Это Синеглазая встала и снова пошла к забору. Но дойти до него ей было не суждено – с тихим скрипом дверь в дом открылась. Я стояла с боку, и меня было невидно – а Дени была в тени. И я не знаю, чего мне хотелось больше – того, что бы её видели – или наоборот. На порог вышла женщина – худая, с седыми волосами, аккуратно зачёсанными назад. Она была одета в простое платье, закутана в тяжёлый шаль. В свете фонаря в её руке я видела множество скорбных морщин на её лице. И её глаза – синие, хоть и тусклые – были легко узнаваемые. Глаза Дени…
Женщина глянула себе под ноги – и замерла, увидев цветы.
Тайла
С той ночи мы больше не отмечали праздник зимних цветов. Это был день траура… больше чёрные всадники не появлялись – но страх остался на всегда. Сколько близких, друзей мы потеряли… Моя дочь – Дея – погибла тогда… И Дени – её забрали… эти твари… видно, боги прогневались на нас… за что… Около месяца она была жива – по внешнему времени, у нас прошло едва ли десять часов – мы чувствовали это… надеялись… а потом – она… как же больно – даже теперь, когда столько лет прошло… особенно теперь…
Множество матерей лишились своих детей… множество Карен – хиа погибли, пытаясь спасти их… Мой муж погиб тогда… Праздник удачи обернулся днём скорби. Как часто я звала смерть – ведь в царстве мёртвых я бы увидела её… но она не отзывалась.
Я потеряла всё – но всё равно жила, ела, дышала. Не знаю только, зачем… Больше я не оборачивалась в зверя… От той жизни остался только пёс Аргус – собака Дени…
Неожиданно я услышала его вой с улицы – тихий, тоскливый… так он плакал только в день, когда умерла Дени – он тоже почувствовал это. Я взяла фонарь и вышла посмотреть, что случилось. И почти сразу мой взгляд наткнулся на белый цветы на пороге – зимние… Я знала – это не была чья то глупая шутка. И то ощущение, которое возникло, когда я подняла их… Я не могла перепутать!
-Дени? – голос показался тише шёпота – сейчас. Я подняла фонарь выше. И наконец разглядела тёмную фигуру рядом с аргусом – высокая девушка с синими, как небо, глазами и полночного цвета волосами… и я узнала – не смотря на то, что она изменилась так… Не могла не узнать… но поверить….
-Дени? – она не отвечала. Просто смотрела на меня – и я видела сейчас совсем маленькую девочку… В белом плаще, она скользнула в лес – что бы больше не вернуться…
Девушка шагнула вперёд, один маленький шаг – и снова замерла, словно не решаясь.
-Синеглазая, если ты сейчас её не обнимешь, я тебя сама покусаю! – громкое шипение раздалось от забора. Мы синхронно посмотрели туда – даже пёс Аргус. В темноте разглядели пугало с огорода – я его вчера сюда поставила… что бы голову крысы не съели – тыкву они всегда любили…
-Эй, ты меня слышишь? Давай, решай быстрее… а то мне надо… в кустики… и мне без разницы, где ты их найдёшь!
Я с подозрением обозрела пугало, потом… Дочь? Действительно, свою дочь, которую столько времени считала… считала… я не могла сейчас произнести это слово. Та выглядела… смущённой, переминаясь под моим взглядом. И я не могла остановиться – сама кинулась к ней, обняла, уткнувшись в плечо – и она неловко прижала меня к себе. Я не ошиблась… но как! Как, боги!?? Она ведь…
-Дени… Я пойду наверное… а то мне и впрямь надо… — тот же голос со стороны пугала. Только сейчас я разглядела смущённо пританцовывающую девушку рядом с ним.
