- Верно, Фомальгаут! Я сначала не обратила внимания на ваши слова. Но когда инспектор меня допрашивал, вдруг вспомнила - и про Фомальгаут, и о созвездии Южной Рыбы. - И Керол пересказала всю сцену, свидетельницей и участницей которой она была.
- Ну и что же? - безмятежно спросил Клайнстон.
- Как это что? Это же звезда! А вы говорили, что обучались своим фокусам на Фомальгауте! Как же так?
- Чего только не говорят люди, когда попадают в трудное положение. - В тоне Клайнстона прозвучали нотки извинения.
- Но и в визитной карточке значился Фомальгаут. Я видела своими глазами!
- Ожидая беды, человек еще и не такое напишет. И напечатает, будьте уверены!
- Не пойму я вас, - вздохнула барменша. - Все-то вы юлите и выкручиваетесь! Почему вы не хотите сказать мне правду?
- А зачем вам правда, Керол?
Барменша взглянула на него растерянно.
- Как это зачем? Правда - она и есть правда!
- Правда опасна, Керол. Опаснее черной вдовы и гремучей змеи. Этих тварей нужно растревожить и обидеть. А правда порой жалит просто так и без всякого предупреждения. И жалит смертельно! - Клайнстон глубоко вздохнул, дернул головой, точно прогоняя некую навязчивую, неприятную мысль, и продолжал уже вполне доброжелательно: - Мой совет, Керол, когда вас будет допрашивать полиция... Да-да, рано или поздно полиция установит мое официальное лицо, раскопает мои связи с Гербертом и будет вас допрашивать. Допрашивать с пристрастием! Так мой совет - утверждайте, что не знали меня в лицо, ведь это правда. А заочно, по рассказам Герберта, принимали меня за инопланетянина, гостя с Фомальгаута. В Штатах нет такого закона, который осуждал бы граждан за связи с инопланетянами. Стойте на своем, и от вас быстренько отстанут. Только не вздумайте признаться, что я побывал у вас в гостях!
- Вы напрасно принимаете меня за дурочку, Энди, - обиженно сказала Керол. - Ну, а если моя квартира под наблюдением? Если вас засекли?
Клайнстон кивнул.
- Вы угадали. И под наблюдением, и засекли. Но я принял свои меры. Гамшу, что околачивается возле вашего подъезда, будет под присягой утверждать, что к вам не входила и не выходила ни одна живая или мертвая душа.
Барменша передернула плечами.
- Как вы легко об этом говорите!
Клайнстон развел руками.
- Привычка! Мертвые души, знаете ли, гораздо безобиднее живых людей. И, сразу же становясь серьезным, скорее приказал, чем попросил: - Мне нужна ваша помощь, Керол.
Прочитав в глазах барменши мгновенно вспыхнувший испуг, он с улыбкой добавил:
- Не бойтесь! Мне не нужна ваша душа. И я не потребую у вас расписки кровью с каким-нибудь жутким обещанием. Мне нужен "понтиак", который, как мне известно, без дела стоит в вашем гараже после гибели Герберта.
Клайнстону нужен был именно этот "понтиак", а не какая-либо другая машина, которую он мог бы раздобыть без особого труда. Дело в том, что "понтиак" Герберта располагал превосходным тайником, который он сам помогал встраивать. Обнаружить этот тайник мог бы разве лишь очень опытный специалист, да и то при целевом поиске, а не в ходе рядового осмотра. Везти золото в тайнике было много безопаснее, чем просто так, в атташе-кейсе, который уже помозолил глаза полиции. Клайнстон, знал, где находится гараж, и мог бы взять "понтиак" без разрешения Керол, но, обнаружив пропажу, она могла, чего доброго, заявить в полицию, а розыск поставил бы Клайнстона под прямой удар, которого он теперь всячески старался избежать.
Керол вздохнула.
- Да, после того как Берта не стадо, я принципиально не пользуюсь карами. Но иногда я разрешаю пользоваться "понтиаком" своим друзьям.
Клайнстон все понял, молча полез во внутренний карман пиджака, достал оттуда и положил на столик пачку стодолларовых банкнот.
- Здесь полторы тысячи. Я бы предложил вам больше, но кроме этого наличных у меня нет. А моими чеками пользоваться сейчас неблагоразумно.
Конечно, полторы тысячи за подержанную, даже старую машину - это хорошая, даже избыточная цена, но Керол все-таки не могла удержаться от выразительного взгляда, брошенного ею на атташе-кейс.
Клайнстон легко прочитал ее мысль.
- Я бы с удовольствием подарил вам на память "мыльце", - мягко заметил он, - но это банковское золото, маркированное не только обычным, но и радиоизотопным способом. Вечное, неубираемое клеймо! Если слиток обнаружат, а полиция может устроить обыск в вашей квартире, вы попадете в тюрьму, Керол.
- Я и не думала о золоте! - вспыхнула Керол, с трудом подавляя вдруг закипевшее раздражение.
