– Почему же тогда сразу не надел? – спросил он и, показав свою правую руку, сказал: – Смотри, у меня тоже такая есть.
– К моему большому сожалению, мне пока что до вас далеко. Да и я пока не видел ни своих земель, ни чего другого, что мог бы назвать своим, – сухо ответил я на детскую подначку.
– Мне еще нужно как-то на якобы мои земли попасть и начать разбираться с тем, что уже стало моим. Придется ехать не раз и не два, и непонятно куда. Нужен водитель, машина. И люди для охраны. А еще мне придется у вас отпрашиваться. Или, раз у меня теперь есть это, – я глазами указал на перстень, – я теперь могу быть, где захочу, и решать это самостоятельно?
– Ты задаешь правильные вопросы, – начал Тау Лонг, – теперь, после получения печатки, ты сам выбираешь свою судьбу и сам за нее отвечаешь, получив такую вещь, ты сразу становишься совершеннолетним по всем законам, признанным во всем мире. Хотя это не отменяет того факта, что ты являешься гарантом договора и должен жить рядом с кланом, как и получить хорошее образование. Поэтому, размышляя на эту тему со старейшинами, мне пришло в голову, что мы должны дать тебе свободу передвижения на территории клана. И все же, пока тебе не исполнится восемнадцать, я бы хотел, чтобы ты жил на территории дворца. Что скажешь?
Я крепко задумался.
Если посмотреть на все через призму Лорда, то я ребенок, который нашел клад и теперь с удовольствием роется в нем. А ребенка всякий может обмануть и клад забрать, оставив того с носом. И он будет зависим, с другой стороны, можно этот клад забрать самому, и он будет зависим еще больше.
«Хотя нет. Бред!»
Если он хочет предложить мне, чтобы я надел печатку, то это значит, что он хочет, чтобы я был взрослым. И отвечал за себя и свою территорию сам. Чтобы я сам нес груз ответственности. Тогда меня в случае нужды можно будет этим прижать.
«Вот это более вероятно».
– Я хотел бы услышать ваше предложение, раз вы со старейшинами думали об этом, то наверняка обдумывали и вариант, наиболее подходящий для нас, который бы устроил и вас и меня, – вместо ответа сказал я.
– Мудро, – опять не задумываясь, быстро ответил Лонг, – мы и вправду обдумывали этот вариант. И он подразумевает, что я выделяю тебе пять парковочных мест на нашей стоянке. Там у тебя будут пять машин, одна из них с усиленной броней – твоя. Всегда заправлены, со штатными водителями. А также два десятка бойцов. Они будут сопровождать тебя туда и обратно в любое время суток, хотя желательно было бы это все планировать заранее. Охрана будет с тобой рядом до восемнадцати лет. Потом если у тебя будет желание, людей посадишь своих. Будешь свободен в перемещениях по землям клана. А вот если ты захочешь выехать за территорию клана, то тебе нужно будет взять сопровождающего, кого-нибудь из моих детей и еще одного любого представителя клана.
– То есть вы хотите, чтобы я каждую ночь проводил здесь? – уточнил я.
– Здесь наиболее безопасное для тебя место – нет врагов, нет недоброжелателей – ни твоих, ни наших.
– А у меня есть враги? – спросил я, изрядно удивленный. «Какие у меня могут быть враги, если я почти безвылазно сижу во дворце?» Обиженные ребята, которые хотят мне отомстить. Таких наверняка много, но чтобы кто-то из-за нанесенного оскорбления хотел меня убить, очень сильно сомневаюсь. Особенно если учесть, что все, кого я обидел, входят в альянс с Огненными Драконами или являются их представителями. Им просто не дадут ничего со мной сделать.
– Враги есть у всех, часто вражда не только персональная, но и клановая. Я не знаю всех возможностей русских кланов, но могу точно сказать, если сюда прибудет диверсант по твою душу, здесь его и остановят, а вот за пределами дворца, а тем более за территорией, подконтрольной клану, тебе могут сделать очень плохо. Я, как ответственный за твою жизнь, не могу просто так отмахнуться от этих мыслей, но и просто не попытаться предотвратить их тоже не могу.
– Так, а если там, на родовых землях, я построю защиту, которая будет не всем по зубам. Найму там наемников и посажу на места, как оно будет? – спросил я.
