-Мы, Роджер, очень необычно познакомились. Такой странный случай... Представляешь, он живёт в одной из деревень неподалёку от графской усадьбы и у него есть брат. И вот однажды поздним летним вечером этот самый брат пришёл спеть очередную серенаду под окнами у Лауры Альбертовны и, видимо, запелся до того, что почти охрип. Наша госпожа графиня, естественно, отвергла данного воздыхателя. К тому же отвергла в довольно грубых выражениях, потому что была в тот вечер не в настроении. Понимаешь, мы с Никлет перед этим целый день искали в шкафу Лаурину плойку, чтобы сделать ей вечернюю причёску, которая бы гармонично смотрелась с тем тёмно-сиреневым платьем с такими узкими рукавами, ты, наверное, помнишь это платье. Так вот, когда мы нашли плойку, выяснилось, что до ужина остаётся уже совсем немного времени, и причёску, поэтому делать некогда, и...
-Мишель, пожалуйста, не отклоняйся от темы, - взмолился Роджер, которому не очень-то хотелось слушать бессмысленную болтовню сестры.
-Хорошо, - кивнув, девушка продолжила щебетать уже на интересовавшую её брата тему, - значит слушай, Лаура была не в настроении и отвергла певшего серенаду парня. А этот парень, громко выругался ей в ответ и заявил, что идёт в кабак. А потом, часа через полтора, когда уже наступила ночь и я почти легла спать, у меня под окном вдруг кто-то стал звать графиню. Я вышла на балкон прямо в халате и домашних туфлях и объявила молодому человеку, стоявшему внизу, что я горничная, а его объект обожания находится чуть правее за соседними окнами. Также я сообщила этому парню, что объект в данный момент спит, а посему выслушать любовное признание не может. Правда, узнав, что Лаура спит, парень под моим окном, совсем не огорчился и сказал мне, что он на самом деле разыскивает своего брата, который должен был петь серенаду молодой графине пару часов назад. Тогда я всё ему рассказала про его брата, и про серенаду, и про кабак. И он, этот молодой человек под моим окном, послушав мою речь, влюбился в мой голос.
-В твой голос? Что за ерунда?
-Это не ерунда, Роджер, это правда. Он сам мне об этом сказал.
-Соврал, наверное... - усмехнулся брат Мишель.
-Да, ну, тебя, - сестра обиженно пихнула Роджера. - Всё так и было, он действительно влюбился в меня. Представился мне, назвался Эштаном, а ещё сделал мне массу комплиментов. Вот... Так мы с ним и познакомились с моим любименьким, с Эштаном... Красивое у него имя, да? - Роджер неопределённо хмыкнул, а Мишель продолжила говорить. - А на следующий день, я снова увидела своего Эштана у себя под окном. Он пришёл ко мне и принёс с собой букет пёстрых полевых цветов. Он стоял внизу с этим букетом, а я была на балконе, и знаешь, это напомнило мне сцену из одного романа о любви... Ах, это было чудесно... Он осыпал меня нежностями и в конце концов бросил мне букет. И хотя в полёте все цветы, конечно, рассыпались, и ни одного цветочка я не поймала, мне всё равно было приятно, потому что ведь он хотел подарить их мне... - Мишель вздохнула и улыбнулась глупой и наивной улыбкой. - Но и это ещё не всё, - добавила она. - Мой Эштан, после того как полевые цветы рассыпались, достал из-за пазухи прекрасную алую розу и, заранее попросив поймать, кинул её мне. И представляешь, я поймала! Я поймала её, вдохнула её чудесный аромат и потом ещё долго разговаривала с Эштаном, вертя розу в руках и ежеминутно краснея...
-О, как это восхитительно! - саркастически заметил Роджер.
Однако Мишель, видимо, не заметив, на этот раз его иронии, сказала как ни в чём не бывало:
-Да, да, Эштан был такой галантный! Он так на меня смотрел! Он так говорил со мною, что после того как он ушёл, я полдня стояла на балконе, думая о нём! А вечером я спустилась вниз и, собрав все полевые цветы, принесённые им и лежавшие под моим окном, отнесла их в свою комнату. Так и начались наши отношения с моим любимым Эштаном. За два месяца нашего общения мы столько раз с ним встречались, столько времени проводили наедине. Мы целовались с ним в глубине графского парка, - Мишель перешла на восторженный шёпот. - Это были лучшие дни в моей жизни... И я никогда не забуду, те нежные цветы и ту яркую, благоухающую розу, которую он подарил мне в первый день нашей любви.
-Любви?
-Да, именно любви, - заявила Мишель уже в полный голос. - Я полюбила Эштана за все его поступки и слова, а он меня просто так. И он очень расстроился, когда я сообщила ему, что надолго уезжаю в другую страну. Но он обещал ждать меня и дождётся, я уверена. Мы ведь скоро вернёмся, верно, брат?
-Не знаю, - тихо и задумчиво проговорил Роджер, - мы обязаны сперва выдать замуж нашу графиню и только после этого сможем вернуться. Но когда она выйдет замуж, я понятия не имею, возможно, нескоро.
-Да уж, когда Лаура Альбертовна станет женой гиперборейца, неизвестно никому... Кстати, а где она сама? Она же вроде пошла разговаривать с этим, с Главным каким-то... Но сколько можно беседовать с совершенно незнакомым мужчиной? И о чём? Ведь уже много времени прошло, не правда ли?
-Что верно, то верно, - согласился молодой человек.
