– Будет через месяц. Но так много вопросов нужно решать, во столько всего нужно вникать, что иногда смотришь в зеркало на себя, и думаешь, что перевалило за сто двадцать.
– У вас готовы отчеты, чтобы я их мог изучить? – вернулся к делу Олег.
– Конечно, – ответил Георгий. – Но, может, сначала прокатимся по Исфаре? Команда немного развеется.
– Мне нужен отчет, – повторил настойчивее Олег.
Георгий остановился, а за ним и все остальные. Он посмотрел на Олега, выдерживая ответный прямой взгляд. Наступило неловкое молчание. Вдруг у Антона Седьмого пискнуло кольцо – секретарь. Он поднес свою когтистую руку, и активировал голограмму. Возникла голова Рауллингсона.
– Капитан, что-то случилось? – спросил старпом.
– Ты на общем канале? – уточнил Рауллингсон. – Если да, то перейди на приватную связь.
«Вас понял», – сказал Антон, и забрал над изображением капитана, висящий в воздухе голографический наушник. Закрепив эту проекцию у себя на голове, он отошел в сторону, негромко переговариваясь через кольцо. Голос капитана уже никто не слышал. Все на это смотрели с некоторым недоумением. Георгий терпеливо ждал, а Олегу показалось, что у сарконианца несколько раз учащенно забилось парное сердце.
– Олег, – позвал его Антон. – Подойди ко мне. У Рауллингсона есть к тебе вопрос.
Он подошел к старпому. Голограмма капитана «Коперника» это заметила, и что – то стала говорить, но слышал только Антон.
– В поле наших радаров, – транслировал негромко вслух старпом. – Попал неопознанный космический объект. Не исключено, что это тот же самый, запеленгованный «Аристиллом», возле Рима IV. Поскольку с корвета «Стремительный» никто не полетел на Джисс, а, следовательно, там полный экипаж, то он был отправлен вдогонку за объектом. Капитан считает, что ты должен об этом знать.
– Передай капитану благодарность за информацию, – сказал Олег. – Я подумаю, как можно ей воспользоваться.
Голограмма отключилась, наушник на голове Антона исчез. У Олега сложилось ощущение, что этот объект, если он был в единственном числе, следит за конвоем. Со всей серьезностью мыслей от этого, он вернулся к Георгию, с которым под руку стояла Чиара.
– Георгий, мы с вами едем за отчетом, прямо сейчас, – начал он. – На мои вопросы отвечать кратко и четко. Не юлить, иначе я это почувствую.
Администратор Джисса внимательно посмотрел на Олега, почувствовав какой-то вызов. Как будто от него – выпускнику Московской космической академии что-то требовал юнец – первогодка. Но, похоже, придя в себя, и вспомнив, что времена кадетской субординации уже неуместны, кивнул.
– Тогда давайте доедем до администрации на более компактном аэролете, раз уж нас будет двое, – предложил он.
– Трое, – вмешалась Чиара и посмотрела на Олега. – Когда вы закончите с отчетами, я хочу остаться с Георгием, и обсудить наши личные с ним моменты.
– Не возражаю, – холодно отозвался инспектор.
– Возьмете меня с собой, Олег? – спросил Антон. – У меня к администратору есть вопросы, касаемо моей книги.
– А мы? – недоумевал Юншень. – Нам что делать? Разойтись по городу?
Решение принял Георгий. Он пообещал после окончания всех срочных дел, провести вместе обед, в ресторане, под самым верхом купола. По итогу все сели в длинный аэромобиль, и помчали к зданию администрации.
Оказавшись на трассе под открытым небом, а точнее куполом, те из команды, кто не был на Джиссе, удивлялись особенностям архитектуры. Все здания были высотными и плотно застроены. Их зеркальные фасады отражались друг от друга. Все здания на разных ярусах объединены мостами, по которым передвигались аэромобили. Полеты внутри купола были запрещены из соображения безопасности.
Прямо на глазах перемещалась тень от местного солнца. Чтобы как–то замедлить скоротечность светового дня, на стенах купола были размещены огромные зеркала. Они отражали утренний и вечерний свет на поверхность Исфары, добавляя около шести часов к световому дню.
– Для тех, кто не знает, – одновременно комментировал, и вел аэромобиль Георгий. – Купола, зеркала, путепроводы сделаны из добытого в пустыне песка. Стекло, полученное в ходе производства, обладает очень прочными свойствами. По прочности может сравниться с полимерным материалом, из которого сделан межконтинентальный путепровод на Земле. Разве что джисское стекло тяжелее по массе, но нам выбирать не приходится.
– А как проходят ваши исследования? – спросила его Чиара. – Вы что–нибудь нашли в этих песках?
– Наши бурильные установки спустились почти на сорок километров вглубь планеты. Все что удалось отыскать – пласт замерзшего песка.
– То есть, никаких песчаных червей? – в шутку спросил Юншень.
– Скорее всего здесь нет вообще никакой органической жизни, – на полном серьезе ответил Георгий. – Мы сами ее создаем. Кстати, в виду того, что население прибывает, мы будем строить четвертый город.
– Серьезно? – восхищенно спросила Чиара.
– Да. Как раз вы и доставили необходимое нам современное оборудование, для ускорения процесса строительства.
– Это прекрасно, Георгий.
