Олег поставил свой аэромобиль на стоянку, и пошел через площадь к администрации колонии. Замечая прогуливающихся по ней жителей Алуанны, он отметил, что все, кто шел парами или группами, были какой-то одной расы. Олег знал, что океаническими исследованиями занимались как раз смешанные коллективы, и не мог припомнить ни одного преступления во время их работы. «Должно быть, общее дело сближает», – подумал он про себя, входя в здание администрации.
Войдя внутрь, он подошел к столу записи. С некоторым подозрением продиктовав дрону – секретарю свое имя, Олег направился в кабинет администратора. По пути он видел коридоры, ведущие к представительствам каждого квартала. Но, помнив об отчетах, он продолжил идти.
Администратором был джегронианец, который, судя по всему, сменил землянина, за эти четыре года отсутствия Олега в секторе Дзет. Представлять на своем месте Ганнибала, еще с войны не любившего джегронианцев, он не стал.
– Добрый день, инспектор, – администратор тяжело привстал с кресла. Трудно было определить возраст джегронианца, но судя по грузности, он был в годах. – Как вы добрались до нас? Надеюсь, без проишествий?
– До вас – без, – Олег пожал ему руку. Несмотря на достаточно скрытый менталитет джегронианцев, помноженный на колониальную жизнь, ощущалась искренность. Олег это принял положительно.
– Присаживайтесь, сейчас дрон принесет чай, – джегронианец указал своей трехпалой рукой на кресло. – Пока можете ознакомиться с отчетами.
Олег устроился в кресле, и взял планшет с данными по Канолуа. К этому времени, прилетел дрон с саморазогревающимися чашками чая. В воздухе запахло местными подводными водорослями. Олег взял чашку и отпил. Солоноватый привкус морской воды, и жгучий вяжущий вкус канолуанского чая. Считается, что он является хорошим антиоксидантом.
– Два летальных случая, – прокомментировал Олег записи в планшете.
– Так и есть, – администратор опустил свои три глаза к столу. – И в обоих жертвы, якобы, спрыгнули с окраины городской территории.
– Тела не нашли?
– Нет. Обратная гравитация, скорее всего, позаботилась, чтобы их не нашел никто.
– Свидетели, подозреваемые есть? – спросил Олег.
Джегронианец вздохнул и посмотрел на него, потом на окно, за которым были город и горизонт, с поменявшимися местами небом и океаном.
– Подозреваемые есть, и они в изоляторе, – ответил грустно он. – Вот только я не могу позволить вам их дезинтегрировать.
– Дезинтегрировать их или нет – результат моей экстрасенсорной проверки, – серьезно сказал Олег. – Если они виновны, то вы мне не имеете права мешать – осуществить необходимое.
– А что, если ваша настойчивость погубит сотню тысяч невинных колонистов? – также грустно спросил администратор.
Олег насторожился. Нет, старый джегронианец не шутил. За такие намеренные шутки, Олег мог его запросто оттащить в камеру ментального сканирования, на проверку психического состояния. Но и не нервничал, задавая угрожающий вопрос инспектору. Казалось, будто он с чем–то смирился, и не видел конструктивного выхода. Олег не мог представить, что за полгода, после посещения Котова, могла вырасти ситуация такого масштаба. Впрочем, он уже и не был уверен, что Юджин уже тогда проводил инспекцию должным образом.
– Задавать наводящих вопросов не буду, – сказал Олег, отставив чашку на стол. – Говорите четко, по делу, кратко. И главное – честно. Остальные вопросы обсудим потом.
– Если кратко, то вы опоздали, недоглядели, – ответил администратор. – Ваш предшественник даже не обратил внимания на меняющуюся обстановку.
«Я и не удивлен», – подумал про себя Олег.
– Вы же в курсе постоянных споров между кварталами? – продолжил джегронианец. – Конечно, в курсе. Когда одна народность обращается к администрации о дополнительном строительстве домов, в силу высокой рождаемости, а другая, видя это, уже требует, чтобы у них было также, то приходится балансировать. Несмотря на мою расу, я даже для джегронианского квартала не делаю поблажек. Поэтому меня одинаково недолюбливают все представительства.
– Какой квартал отличился в этот раз? – прямо спросил Олег, понимая, что начинается старая история. – Чьи подозреваемые сидят в изоляторе?
– Администрация Канолуа находится на площади Объединения, – словно не слышал администратор. – Красивый символ, не спорю. Правда, даже совместное строительство города не объединило нас. Это в наших коренных мирах, мы все добрые к любым инопланетянам. Но здесь каждая народность, ютясь на этом перевернутом клочке скалы, считает себя главнее. Считает себя уникальной. Одним словом – мы не едины.
– Это вопрос постоянной работы и времени, – сказал Олег. – Физически вы никогда и не будете едины, но у вас постепенно формируется общая культура. Колонисты совместными усилиями пережили терраморфирование, заселение планеты, и строительство города. Общие праздники, этот же день основания города. Все в порядке. Вы будете едины, ведь это ваш дом.
