– Ну… вместе решили, – неохотно бурчит Леха, не желая, видимо, показывать свое подчиненное положение.
– А звонить ей на работу разрешил? – не отстаю я.
– Чего ж делать-то, раз потерялись?
Мы некоторое время молчим и рассеянно смотрим на мелькающие за окном дома и бесконечный поток прохожих, мимо которых несется машина. Все вдали засыпано снегом, дворы, деревья, крыши домов, а на мостовых и тротуарах он превратился в черное, жидкое месиво и веером летит из-под колес машин. Совсем низкое уже солнце на бледно-голубом чистом небе медным пламенем зажигает стекла в верхних этажах высоких зданий. Еще совсем светло. День стал заметно длиннее.
– Тебе чего от нее надо-то? – спрашиваю я Леху.
– Где Чума, надо знать, – бурчит он и многозначительно добавляет. – У него все, понял?
– Ты гляди, культурнее с ней, а то напугаешь.
– Ничего, не глиняная, не рассыплется, – ворчит Леха, но я замечаю, что предстоящая встреча его чем-то все же смущает.
Наконец мы приезжаем на площадь Белорусского вокзала. Место встречи – вход на кольцевую станцию метро. Здесь, как всегда, тьма народу. Мы отходим в сторону, и Леха принимается внимательно разглядывать всех проходящих. Я стою чуть поодаль от него, и можно подумать, что мы с Лехой вообще не знакомы. Он так поглощен непростой, видимо, задачей узнать и не пропустить Музу – ведь видел-то он ее всего один раз и без пальто, – что, кажется, даже не замечает моего маневра. А я в толпе замечаю наших ребят. Видно, приехали следом за нами и держат Леху цепко.
Так проходит минут десять, как вдруг Леха устремляется куда-то в толпу. Ясно, увидел Музу. Я медленно следую за ним, давая на всякий случай понять, что навязываться не собираюсь. Но Леху из виду не теряю. Вот он подходит к высокой девушке в красивой дубленке с пушистым воротником и большой, из светлого меха шапке. Очень эффектная девушка. Рядом с ней громадный и неуклюжий Леха в дешевеньком пальто нараспашку, под которым виден расстегнутый ворот мятой рубахи, и в кепке на затылке выглядит совершенно нелепо.
Я описываю вокруг них в толпе некий полукруг и теперь вижу смуглое, чернобровое лицо девушки с ярко накрашенными, пухлыми губами. На губах у нее пренебрежительная гримаска. Разговор ей, очевидно, неприятен, а сам Леха и подавно. Да, действительно, красивая девушка, ничего не скажешь. Меткую они ей кличку дали – Шоколадка. Она, судя по Валиной характеристике, наверное, и не подозревает о такой кличке. Интересно, как выглядит этот Колька-Чума, в которого она, тоже по словам Вали, по уши влюблена.
Почти незаметно я совершаю в толпе еще некоторые маневры и приближаюсь к этой паре настолько, что могу уже уловить кое-что из их разговора.
– …А я говорю: нет, – сухо произносит Муза. – Коля не велел. Дайте номер телефона, он вам сам позвонит.
– Да срочно он мне нужен, поняла? – сердито гудит в ответ Леха.
– Его сейчас все равно нет дома. А вы сами…
Тут меня сносит с толпой в сторону, и я перестаю слышать их разговор. Когда мне удается снова занять подходящую позицию, разговор их уже принял явно другой характер.
– Ну, и где этот ваш парень? – без прежнего холодка спрашивает Муза.
– Да тут вот, со мной, – умиротворенно рокочет Леха, кивая в сторону, где оставил меня. – Ждет, понимаешь.
– Тогда зовите его, и поехали, – нетерпеливо говорит Муза.
На ее разрумянившемся, смуглом лице блестят сейчас решительные, а вообще-то, наверное, веселые, лукавые и доверчивые глаза. И овал лица у нее нежный, черные волосы красиво выбиваются из-под шапки. Ну, в самом деле Шоколадка. Валя сказал, что она даже замуж за этого Чуму собирается. А он перед ней дурака валяет, командировочным представляется, о разводе якобы хлопочет. Одета она как куколка. Уж не Чума ли ей подарки такие делает? Откуда все-таки у них деньги, и, видимо, немалые? Вот узнаем причину убийства, тогда, наверное, найдем и источник дохода. А Муза может стать нашим союзником в этой шайке, если узнает правду. Это большая удача. Молодец Валя.
Тем временем, лавируя в толпе, я возвращаюсь на свое место, возле входа в метро, и тут же появляется Леха.
– Поехали, – коротко бросает он, не останавливаясь.
И я устремляюсь за ним.
Муза нас поджидает в стороне, у края тротуара. Мы знакомимся, и я чинно представляюсь:
– Витя.
– Муза.
Она протягивает мне руку и, не скрывая интереса, оглядывает меня. Потом обращается к Лехе:
– Леша, возьмите такси. Вон там стоянка, – она указывает на площадь. – А мы здесь вас подождем.
Я чуть не предлагаю свои услуги, но вовремя удерживаюсь. Несолидно. Даже в глазах Лехи. Он помельче, вот пусть и побегает. И Леха, не возражая, торопливо направляется в сторону стоянки.
Мы остаемся одни.
Но я не считаю нужным первым начинать разговор. И Муза, конечно, долго не выдерживает этого молчания.
– Вы тоже приезжий? – спрашивает она, мило улыбаясь.
– Нет. Москвич.
– Как же вы с Лешей познакомились?
– Случайно, – туманно отвечаю я и, тоже улыбаясь, добавляю. – Представляете? С первого взгляда потянуло друг к другу.
– Ой, что-то я вам не верю, – смеется Муза. – А с Колей вы тоже знакомы? Вас к нему не потянуло?
