– Хорошо. Если не доверять ГПУ и уголовному розыску, то тогда я вообще не знаю, на кого можно положиться. Ключи можете потом оставить у соседей из квартиры напротив, они очень порядочные и интеллигентные люди. Давайте пройдём на кухню, я покажу вам, где у меня находится чайник, заварка, сахар и печенье. Не будете же вы двое суток сидеть на голодном пайке.
– Благодарю вас, Вера Михайловна, – радостно сказал я.
После того, как мы осмотрели кухонное хозяйство гражданки Скарабей, я снова вернулся в комнату Лавровой. Райнер слегка приуныл.
– Значит, засада, – тоскливо протянул он.
– Засада, – подтвердил я. – Сдаётся мне, что похитители нарочно выжидали, когда хозяйка уедет на дачу к подруге.
– Они что – нас не побоялись, – усмехнулся Борис.
– А откуда им знать, что чекисты сразу хватятся Ольгу. Они ведь не в курсе, что вы её держали под колпаком.
– Хорош колпак, если Лаврову, можно сказать, у нас из-под носа увели, – засмеялся Борис.
– Ну так и вы не подозревали о тёмном прошлом Лавровой! Кто ж знал, что у неё на хранении окажется такая ценность…
– Думаешь, краденая?
– Вероятней всего. Я в наследство от бабушки или «шла-шла по улице и случайно нашла на мостовой» – в данном случае не очень верю. Либо наша девушка сама по уши завязла в этой истории, либо её кто-то так охмурил, что она согласилась держать у себя краденое. Вероятней всего – второе.
– Тогда, наверное, человек, который доверил ей монету, пропал: умер, серьёзно заболел, в общем, что-то с ним приключилось нехорошее. Кто-то – может, напарник, а может, конкурент – узнал о его связях с Ольгой и решил попытать счастья таким вот макаром: похитив девушку, а потом разговорив. Так же от Ольги он узнал, когда квартирной хозяйки не будет на квартире несколько дней… Дальше вроде понятно, – развил логическую цепочку до конца Райнер.
– Точно, – кивнул я.
– Ну, раз засада – так засада. Только мне надо начальству позвонить и доложиться, – сказал он. – Сбегаю поищу телефон.
– Бегай на здоровье. Моё начальство, в отличие от твоего, пропадает хрен знает где, так что я в свободном полёте.
– Счастливчик, – позавидовал Борис.
Он вышел из квартиры.
– Ваш напарник очень вежливый и симпатичный молодой человек, – похвалила его Вера Михайловна. – Не то что другие.
– Это вы про Гаврилова?
Про то, что сейчас стало с ним, я говорить не стал. Не стоит расстраивать женщину.
– Нет, Гаврилов тоже приятный и обходительный мужчина, а вот вчера приходил такой… с рассечённой бровью. Хотел в квартиру попасть, только я его не пустила.
– Почему, Вера Михайловна? – заинтересовался я.
– Ну как же, вроде из ГПУ, а при себе никакого документа нет. Я его без документа на порог не пустила. Он тогда плюнул и ушёл, а сегодня вы пришли…
– А почему вы решили, что этот, с бровью, тоже из ГПУ?
– Откуда ж ещё! Он и одет в кожаную куртку, и по манерам сразу чувствуется, что человек властный, привык, чтобы ему все подчинялись, но не на такую попал! – победно заключила Вера Михайловна.
– Даже так?
– Иначе нельзя! – квартирная хозяйка выглядела донельзя довольной собой.
Тип с рассечённой бровью меня заинтересовал, и я решил спросить о нём у Райнера, когда чекист вернётся.
В дверь позвонили. Я напрягся и машинально схватился за револьвер, но Вера Михайловна меня успокоила.
– Всё хорошо, молодой человек. Это племянник моей подруги, о котором я вам уже говорила.
Она открыла дверь и впустила в коридор сухощавого мужчину, у которого сиротливо болтался левый рукав пиджака.
– Знакомьтесь, это Саша, – представила его Вера Михайловна. – А это товарищ из уголовного розыска. Ищет мою жиличку. Я ведь тебе не рассказывала, что она пропала?
– Не рассказывали, Вера Михайловна, – кивнул Саша.
– Приедем на дачу, и я всё расскажу. Там такая история! Просто ужас!
– Хорошо, Вера Михайловна, – покладисто произнёс племянник подруги.
– Саша у нас просто герой! – с гордостью сказала она. – Командовал полком в гражданскую, руку потерял на фронте. Его лично товарищ Сталин за оборону Царицына награждал.
– Не преувеличивайте, Вера Михайловна. Никаким полком я не командовал, только взводом, – усмехнулся тот.
– Боже мой, да какая разница: полк или взвод! Главное, что вы у нас героическая личность!
Мужчина смущённо потупился. Я бросил на него уважительный взгляд.
– Сашенька, дайте мне минут десять, и я соберусь, – захлопотала квартирная хозяйка и побежала переодеваться.
Разумеется, в обещанное время Вера Михайловна не уложилась, но всё-таки они с Сашей вышли до возвращения Бориса.
С их уходом в квартире наступила тишина. Чтобы с улицы не увидели в окнах света, я прошёлся по всем комнатам, вырубил все электрические лампы и принялся ждать.
Какое-то время ничего не происходило, да я и ожидал активности ближе к ночи.
Хлопнула дверь подъезда, послышались осторожные шаги по ступенькам, потом раздался звонок.
