Я достал удостоверение и сказал: «Оперативная необходимость», но торговцы только разозлились.
— Да хоть тебя сам президент сюда прислал, — заорала тощая, похожая на большую ворону женщина, — не фига вперед лезть! Я тут с восьми утра прею.
— Мне только узнать, где сидит Марина Райкова! Я ничего не собираюсь покупать!
«Ворона» на секунду замолчала, потом другим, нормальным голосом посоветовала:
— Ступай к старшей по смене.
— Где она?
— А вон в центре зала будка.
Я побрел туда и увидел нечто, похожее на ларек, в котором торгуют газетами, только чуть большего размера. Внутри стеклянного аквариума, заваленного бумагами, сидела девушка лет двадцати пяти. На столе мерцал экран компьютера, а на стене висело несколько телевизоров.
Не отрывая взгляда от клавиатуры, она сухо сказала:
— Претензии по поставкам после пятнадцати ноль-ноль.
— Но мне…
— В случае недостачи ступайте в восемнадцатую комнату.
— Где…
— Срок годности должны проверять сами, на испорченную упаковку скидок нет.
— Марина…
Девушка недовольно повернулась.
— Что еще?!
— Марина Райкова тут работала?
— Да, а в чем дело? Обсчет? Кассовый чек сохранили?
— Она умерла.
— В случае пропажи… — завела было на автомате служащая, потом ее лицо неожиданно потеряло официально-равнодушное выражение. — Как умерла?!
— Покончила с собой, вскрыла вены.
— Ой, мамочка, — по-детски разинула рот старшая по смене.
— Танюха, — завопил парень в синем комбинезоне, врываясь в будку, — на пятнадцатом стеллаже!..
Ту-ту-ту… — прозвучала сирена.
В одночасье стих стрекот клавиатур. Кассирши разом встали, вытащили из столов какие-то плоские ящики и ушли. Подобную слаженность действий я видел лишь на военных парадах, когда шеренга солдат шагает в ногу, словно единый организм.
— У меня перерыв, — отрезала Татьяна.
Грузчик беззвучно исчез.
— Вы из милиции? — поинтересовалась она, включая чайник.
Я кивнул:
— Вроде так. Не припомните, почему Райкова вчера ушла посреди рабочего дня?
Татьяна нахмурилась:
— Видали, какой у нас сумасшедший дом? Правда, платят очень хорошо, кассиршам еще и процент идет.
— Это как?
— Успеешь оформить за день сорок заказов, с сорок первого начинают денежки капать, два процента от суммы, указанной в чеке. Вот девочки и стараются. Бывает, везет, клиенты набирают одно печенье да еще одинаковые пачки, минута на обработку тратится. А случается, сумма крохотная, а наименований вагон, полдня просидишь, пробивая.
— Так почему Марина ушла?
Татьяна отхлебнула чай:
— Вчера влетела ко мне, мобильным трясет и кричит: «Уйти надо». Я прям обалдела! В разгар работы, оптовиков море, а касса закроется! И не думай, говорю, что у тебя стряслось? Если желудок прихватило, сбегай по-быстрому, хоть и не положено до перерыва, и на место садись.
Но Марина замотала головой:
— Нет, домой надо.
— Почему? — обозлилась Татьяна.
— Ребенок у меня заболел, «Скорая» приехала! — нервно выкрикнула Райкова.
Таня заколебалась. У нее у самой есть крохотный Вовка, с которым сидит свекровь.
— Что случилось-то? — поинтересовалась старшая у кассирши.
— Да нянька не усмотрела, вот сын на себя чайник с кипятком и опрокинул.
Таня ужаснулась:
— Беги, конечно.
Марина повернулась к двери, но потом притормозила и попросила:
— Слышь, Танюша, не говори начальству, а? В выходной отработаю.
— Ступай к ребенку, — велела та, — сама за тебя сяду, если визг начнется.
Но отсутствие Марины прошло незамеченным.
— И вас не удивило, что она и сегодня не пришла?
— Нет, честно говоря, я и не ждала Маринку, вызвала замену, думала, она с малышом в больнице. Если бы с моим Вовкой, не дай бог, такое случилось, я на все бы наплевала.
Я молча смотрел на Танюшу. Правильно, большинство матерей мигом бросят работу, если их ребенок занедужит. Только у Марины Райковой нет детей, и она просто придумала повод, чтобы удрать со службы.
— Значит, ей няня сообщила о несчастье, — решил уточнить я еще раз.
Таня пожала плечами:
— Наверное, сама-то я не слышала.
— А кто мог слышать?
Девушка отхлебнула чай.
— Только Аня, она спина к спине с Мариной сидела.
— Где можно эту Аню найти?
Таня пододвинула к себе микрофон, стоявший на краю стола, щелкнула рычажком и сказала:
— Кассир Филимонова, немедленно подойдите к старшей по смене.
Через пять минут дверь распахнулась, показалась женщина, вытирающая масляные губы.
— Что случилось? Между прочим, сейчас обеденный перерыв!
— Этот человек из милиции, — строго заявила Таня, — он задаст тебе пару вопросов, изволь ответить подробно.
Аня испугалась:
— Если чего пропало, так я ни при чем, к стеллажам с товаром не хожу, это грузчики воруют!
— Не пори чушь, — оборвала ее Таня.
— Вас никто ни в чем не обвиняет, — быстро сказал я, — вы ведь около Марины Райковой сидите?
Секунду Аня смотрела на меня, потом вдруг заплакала.
— Так и думала, что узнают! Это она меня подбила, но я только один раз решилась! Вы спросите у Марины, она скажет. Очень уж я боялась, все возмещу, Танечка, милая, только пусть меня не арестовывают, из-за детей пошла на преступление, ой, лишенько!
Слезы потоком потекли по ее глуповатому личику.
Татьяна растерялась, но, быстро взяв себя в руки, велела:
