Давиду снова пришлось вмешаться, чтобы утихомирить жену. Но она засыпала его такими эпитетами, какими никто и никогда не называл. Обезумевшая от горя, заплутавшая в своем глубоком убеждении, что ее сын здесь, в нескольких метрах, вот за этой дверью, она вдруг ощутила ужасающее одиночество и принялась проклинать весь белый свет, причину ее несчастий.
Давид схватил ее в охапку и силой оттащил от двери, а она отбивалась, крича и завывая изо всех сил. Женщина-полицейский тоже пыталась ее успокоить, но безуспешно. Летиция словно потеряла рассудок, никого и ничего не слыша вокруг.
– Смотри! – крикнул вдруг Давид, чтобы привлечь ее внимание.
Он крепко держал ее за руки и пытался развернуть лицом от себя, чтобы показать ей что-то очень важное… Напрасный труд… она не реагировала, и тогда он хорошенько встряхнул ее, чтобы заставить замолчать.
– Да посмотри же ты, черт тебя возьми! – крикнул он, когда Летиция, скорее от изумления, чем от боли, наконец, умолкла.
Проследив глазами в направлении, куда указывал Давид, она увидела на другом конце улицы фигуру Тифэн, которая, видимо, возвращалась домой.
Если Летиция была ошеломлена, увидев Тифэн, спокойно идущую по тротуару, то Тифэн удивилась еще больше, увидев у своих дверей обоих соседей с полицейскими по бокам. При появлении Тифэн пришлось успокаивать Летицию, которая, вырвавшись от Давида, сразу же бросилась в атаку.
– Что ты сделала с моим сыном? – со злостью крикнула она Тифэн, как только поняла, что та ее слышит.
Давид и двое полицейских бросились за ней. Давид схватил ее за руку, чтобы она не мешала работать полицейским, и отвел ее подальше от «Тома Селлека» и его напарницы. А они тем временем подошли к Тифэн, которая смотрела на них с нескрываемым удивлением.
Давид и Летиция издали наблюдали за их разговором. Тифэн либо кивала, либо пожимала плечами и отвечала на вопросы короткими фразами. Потом все трое отправились в дом Женьо. Когда Тифэн вставила ключ в замок, Давид и Летиция стояли в нескольких шагах поодаль.
– Я разрешаю вам осмотреть весь дом, но о том, чтобы эта сумасшедшая туда вошла, не может быть и речи, – заявила она, остановившись и не поворачивая ключа.
Женщина-полицейский обернулась к Летиции, не давая ей возможности вставить слово:
– Мадам Женьо позволила нам войти в дом, хотя и не была обязана. Мы с лейтенантом Делонуа осмотрим его, а вас я попрошу подождать нас на улице.
Теперь Давид понял, что «Том Селлек» был Делонуа, а его напарница – Шапюи. Летиция пыталась что-то возразить, но та властным жестом остановила ее:
– Без фокусов!
Летиция ничего не сказала, лейтенант Шапюи заняла свое место во главе группы, и Тифэн повернула ключ в замке. Когда дверь открылась, Тифэн прошла вперед, и полицейские пропустили ее.
Перед тем как закрыть дверь, она окинула Летицию полным безмерной жалости взглядом.
Давид и его супруга прождали добрых минут двадцать, сидя на крыльце своего дома. За эти минуты они перекинулись всего несколькими словами. Каждый был оскорблен поведением другого, мучился чувством одиночества и чувствовал себя в ответе.
– Его там нет, – пробормотал Давид с упреком.
– Значит, она успела его увести куда-то в другое место!
Это соображение окончательно вывело Давида из себя.
– Ты совсем сошла с ума, бедняжка! – процедил он сквозь зубы. – И заставляешь нас всех терять драгоценное время, вместо того чтобы искать Мило там, где он действительно находится.
– Ах вот как! И где же он, по-твоему, находится?
Дверь дома Женьо открылась, и появились двое полицейских, которые на прощанье благодарили Тифэн и пожимали ей руку.
– Ясное дело, в доме у Тифэн и Сильвэна его нет, – с горечью отозвался Давид.
Он встал и, не дожидаясь жены, пошел навстречу Шапюи и Делонуа. Они коротко отчитались о визите. В итоге оказалось, что Тифэн вообще не имеет никакого отношения к исчезновению Мило по той простой причине, что они с мужем вышли из дома очень рано и вместе отправились на работу. Большинство коллег подтвердили, что они там находились все утро, что, несомненно, уже проверили полицейские, хотя они и так в этом не сомневались. Для очистки совести полицейские осмотрели дом и сад, но, как и следовало ожидать, поиски успехом не увенчались.
Давид вернулся к Летиции, которая так и осталась сидеть на крыльце.
– Ну что, может, наконец, начнем поиски сына? – бросил он, не скрывая досады.
Летиция не отреагировала. Прижав колени к груди, она пребывала в полной прострации, глядя куда-то вдаль, в одну точку, которая, казалось, была видна только ей одной.
– Ладно, – произнес лейтенант Делонуа, сообразив, что они теряют время. – Мы обойдем квартал, опросим прохожих, продавцов и остальных соседей.
Тут дверь в дом Женьо снова открылась, и на пороге показалась взволнованная Тифэн.
– Я хочу принять участие в поисках! – возбужденно заявила она.
– Мы приветствуем любую помощь, – ответил полицейский и взглянул на часы: – Если через четверть часа малыш не найдется, мы объявим его в розыск.
Шапюи кивнула и направилась к Летиции, все так же сидевшей на крыльце.
