Ты уже пытался, подумала она, ныряя в арку, она понимала, почему так нервничали ее преследователи, со стороны они видели, как она скрылась в проеме, а значит, вполне может уйти. Оказавшись вне поля зрения, она прижалась к стене, доставая свои шпильки, у нее будет всего пара секунд, и от них будет зависеть ее жизнь, она это понимала. 10 секунд, потом яд станет бесполезным, эта мысль билась в ее голове, она слышала, как скрипит снег под тремя парами ног, она слышала их возбужденное дыхание, она стала зверем, загнанным в угол. У меня есть преимущество внезапности, подумала она, сдергивая колпачки со шпилек, а у них есть пистолет… Что ж, пора судьбе сделать выбор.
– Уйдет, – сказал кто-то на бегу.
– Не уйдет, – твердо ответил тот, кто кричал ей раньше.
Вожак, успела подумать она, голоса звучали уже почти рядом, и как только она додумала мысль до конца, в проеме показались охотники. Вот оно, успела подумать она, а потом мысли испарились из ее головы, остались только инстинкты.
Первым бежал тот, кого она назвала вожаком, в руке он по-прежнему сжимал пистолет, его глаза напряженно всматривались вперед, искали ее. Фатима увидела, как они расширились от удивления, когда вместо прохода увидели высокие железные ворота. Его рот открылся, чтобы что-то сказать, но в это время она стремительно, как жалящая змея отделилась от стены и нанесла удар шпилькой точно в незащищенную шею мужчины. На его лице промелькнуло удивление, потом страх, а потом он выронил пистолет и повалился на снег.
Все происходило как в замедленной съемке, второй не успел понять и сориентироваться, но немного замедлил бег, тоже увидев ворота. Видимо, он уже успел хоть как-то подготовиться, потому что отразил удар, когда Фатима кинулась на него, заостренный конец шпильки прошел в миллиметре от лица, глаза парня расширились и стали размером с блюдца, лицо исказил страх. Время, блеснула мысль в сознании Фатимы, но она не позволила себе ее осознать. Ногой она ударила противника в колено и, воспользовавшись секундой его беззащитности, нанесла удар шпилькой в лицо, проткнув щеку.
Теперь оставался третий, если только не подоспеет подмога, но об этом она себе тоже не позволила думать. Она стремительно развернулась, готовая напасть или отразить удар, но ее ждал сюрприз, развернувшись, она оказалась прямо перед черным зияющим дулом пистолета.
– Ах ты мразь, – прошептал последний мент, его лицо было перекошено от ужаса и ненависти, как-никак на его глазах за пару секунд умерли двое его друзей. – Теперь тебе конец, сука.
Андрей, как самый хладнокровный – ладно, просто трусливый, не врать же самому себе, – бежал сзади, немного отстав от Орлова и Антона. Он не привык лезть на рожон, еще в детстве, когда он пешком под стол ходил, его мамаша вдалбливала ему, что только дураки всегда стоят в первых рядах, умный всегда на вторых ролях, всегда посередине, не зря ведь ее называют золотой. И так во всем, будь то учеба, работа, социальное положение. Она была, похоже, единственной матерью, не требующей от сына пятерок, но за двойки она гоняла его, повторяя, что ей не нужен отличник, но она сделает из него твердого хорошиста. «Не выпячивайся», «не лезь в пекло», «не беги впереди паровоза», эти фразы он запомнил на всю жизнь, и сейчас они снова приносили пользу.
Он отстал, поэтому увидел ворота раньше остальных и хотел уже сказать об этом, как вдруг что-то темное метнулось к капитану, и он упал замертво. Конечно, понял Андрей, она там, сидит в засаде, куда ж ей еще деться. Он понял, что капитан уже мертв, мысли летели быстрее света в его голове, он снова открыл рот, чтобы предупредить Антона, но увидел, как Фатима накинулась на него, в руке ее что-то блеснуло. Это то, чем она отравила Артура его телохранителей, понял Андрей. Страх сковал его тело, сейчас бы взять да и пристрелить ее, но не из пальца же, а больше ничего у них не было.
Пока он лихорадочно соображал, что делать – вариантов было немного, всего два: остаться и помочь коллегам или бежать, и, надо сказать, перевешивал второй – его глаза, как будто отстраненно от мозга увидели, как это отродье из ада ударило Антона, тот отразил удар, а потом, невероятно, со скоростью молнии, она ударила его снова, на этот раз в колено, нога Антона согнулась, лицо скривилось от боли, руки инстинктивно взметнулись в воздух, и она снова ударила его, проткнув щеку какой-то иглой.
Тут ступор вдруг спал с него, двигаясь так же быстро, Андрей подскочил к мертвому напарнику и поднял пистолет, понимая, что это его последний шанс, если только в ближайшие секунды не появится Даниил. Пока она занята остальными, он может спастись, понял он, им уже не поможешь, надо спасать свою жизнь. Там должен быть еще патрон, лихорадочно думал он, Господи, сделай так, чтобы он там был. Краем глаза он увидел, как она резко разворачивается к нему, зажав в руке свою смертоносную иглу, но он был уже готов, поэтому, когда ее лицо, которое все так мечтали увидеть, оказалось перед ним, он поднял пистолет, целясь точно между глаз.
