Оказавшись снова в темноте, она убрала ладони от глаз и вернулась к столу. То, что она вытащила, полностью подтвердило ее теорию о том, что Роби был здесь, и частично то, что его увели, живого или мертвого, или без сознания. Она вытащила пиджак того самого размера, конечно, собеседник Роби не обязательно был худым, но она узнала этот ярко красный край платка, выглядывающий из кармана, даже в слабом свете фонарей, проникающем со двора, она узнала этот цвет – цвет рубина, который носил на пальце Семен Робинович с незапамятных времен, это был его талисман, с которым он никогда не расставался.
– Ой, как интересно, – прошептал она, держа пиджак в руках, – а где сам властелин кольца?
Она вернула пиджак туда, где нашла, и подошла к окну. Деревья мешали рассмотреть все, что там происходило, поэтому она быстро отошла и присела на стол, ей надо было подумать. Едва она уселась и начала погружаться в мысли, как привычную атмосферу нарушили новые автоматные очереди, крики, на этот раз с улицы. Стелла знала, что окна здесь пуленепробиваемые, поэтому метнулась к окну и снова выглянула, следя за тем, чтобы остаться незамеченной. Кто-то бежал, один человек в черном костюме – охранник, поняла она – лежал прямо на газоне, вокруг него растекалось темное пятно. Скольких они уже убили, подумала Стелла, и скольких еще убьют? Полиции все не было, хотя с момента захвата вряд ли прошло много времени, в стрессовой обстановке время течет иначе, она это знала, то, что ей и другим могло показаться часом, на самом деле могло быть 10 или 20 минутами. Да и тихо все было, добавила она про себя, а вот теперь, когда стрельба и смерть вышли из стен посольства, об этом станет известно, и полиция будет тут как тут. Из-за деревьев она никак не могла разглядеть, что же происходит во дворе, хотя видеть было вовсе не обязательно, все итак было предельно ясно – пришедшие разбирались с охраной у главных ворот.
– Невероятно. – Пробормотала она, возвращаясь к столу, – просто невероятно.
Мысли ее снова вернулись к Вадиму, но она не позволила себе думать о нем. Скоро она сама все узнает, а пока ее разум должен быть чист, ей ведь предстоит дело. Когда они готовились к операции, она не раз просматривала план дворца, и теперь этот план возник перед ее глазами, как будто она снова держала его в руках.
Хорошая система вентиляции, она помнила, как они, разрабатывая план, думали о возможности проникнуть через шахты. Они тогда отмели этот вариант, не подходил он ей и сейчас – шахты обшиты металлом, а у нее, в отличие от мух, липучки на руках не растут, и в дамской сумочке по чистой случайности нет ничего, что помогло бы ей передвигаться.
Пожарные лестницы есть, но даже если она сумеет открыть дверь и выйти, войти на следующем этаже она не сможет – никаких ручек со стороны улицы не было, о безопасности тут думали. Да и потом, появись она на пожарной лестнице, ее наверняка заметят люди во дворе, а ее главное оружие – ее невидимость, и чем дольше она ее сохранит, тем выше ее шансы на успех.
И тут ее осенило. Лестница для прислуги, такая же узкая, но в здании, в конце каждого коридора за одной из дверей можно увидеть не очередной безликий кабинет, а лестничную клетку. Вряд ли эти олухи о ней знают, да если и знают, толпами там точно стоять никто не будет, а ей большего и не надо.
Стелла встала и подошла к дери, она не собиралась сидеть здесь до скончания этого адского вечера, она никогда не любила наблюдать, зато всегда любила участвовать. Сначала разведка, потом план, подумала она, приоткрыла дверь и выглянула в освещенный коридор.
Больше она не была одна, в начале коридора возле лестницы стоял крупный мужчина в черном камуфляже, держа автомат наперевес. Он стоял к ней спиной. Вот и первая удача.
А они точно олухи, еще раз обрадовалась Стелла, уверены, что этаж пуст, и ни о чем не беспокоятся. Так их вечеринку могут прикрыть еще до того, как она повеселится.
Стелла тихонько закрыла дверь и улыбнулась в темноте. Она не знала, но именно эта улыбка разрушила последнее сопротивление Вадима. Улыбка хищника. Улыбка убийцы.
– Подождите! – Просипел Роби, свисая в широкой главной шахте, как самый огромный в мире паук-мутант, – ради Бога, я не успеваю так быстро.
