Она не спеша прохаживалась вдоль полок, вытаскивая то аптечку, то маску для ныряния, задумчиво вертела в руках, а потом отправляла на место. Она понятия не имела, как далеко тянется туннель и как именно он заканчивается, но знала, что выходит он в реку, значит, купание неизбежно. Взять лодку? Удобно и заманчиво, но ведь ей предстоит плыть по самой посещаемой части города, всюду огни и толпы туристов, так что, нет, как бы ей ни хотелось, а от комфортного плавания придется отказаться. Как ни крути, поняла Фатима, а придется замочить ножки. Главное – сохранить невидимость, так что плыть придется под водой, впрочем, устроители этой комнаты такой вариант предусмотрели. Она без труда нашла маску и баллоны с кислородом, а вот с костюмом пришлось повозиться, она могла бы плыть и в своем, влагу он не пропускал, но ведь ей предстояло еще выйти на берег, причем в центре города, и идти пешком до места, где она оставила вещи, хотя бы для того, чтобы узнать, нашли их или нет. Она не сомневалась, что оцепление захватило ту улицу, где она переоделась, но не пойти туда она не могла, как и оставлять за собой мокрые следы.
Она отложила то, что решила взять с собой, и стала рыться на полках в поисках нужного размера, ей ведь надо было натянуть резиновый костюм поверх своего. На одной из полок она нашла ласты и тоже отложила, понимая, что с ними двигаться она будет намного быстрее. После недолгих поисков – все здесь было тщательно сложено и укомплектовано – она нашла подходящий размер и стала примерять, надо было выяснить все сейчас, пока она еще могла подобрать другой. Со вздохом сожаления она скинула с себя жилет с множеством карманов, затем отстегнула крепления, пистолет и фонарик оставила на полке, телефон положила в рюкзак, проверила карман, кольцо лежало внутри, надежно спрятанное застегнутой «молиней». Костюм идеально подошел, она закрепила баллоны с кислородом, проверила каждый, вспомнила все, чему научилась в Египте, тренировочной базе дайверов со всего мира, подумала о том, что ничего не бывает зря, в ее деле любой навык пригодится, может стать спасением. Еще раз с сожалением посмотрела на многочисленные штучки, она отвалила за них целое состояние, а теперь собиралась утопить в реке.
– Ничего нет дороже, чем жизнь, – сказала она себе едва слышно, – и нет ничего прекраснее.
Рюкзак она надела спереди, на спине его место занимали баллоны, еще раз оглядела комнату, а потом подняла с пола жилет, ласты засунула в рюкзак, так что временно он перестал закрываться, маску надела на шею, как колье. Пистолету тоже предстояло вечное плавание в Влтаве, но пока он был ей нужен, не могла она идти навстречу неизвестности без оружия, это было против ее натуры. Спасибо этому дому, подумала Фатима, подходя к рычагу, пойдем к другому. Жилет она повесила на руку, фонарик зажала под мышкой и подняла рычаг, дверь медленно поползла в сторону со знакомым уже ей жужжанием, а за ней оказалась сплошная чернота. Фатима глубоко вдохнула и шагнула в неизвестность, освещенную лишь смелым лучиком ее фонарика. За спиной дверь снова зажужжала, оповещая о своем закрытии, Фатима обернулась, посветила на стену, но никакого рычага не увидела, путь назад был закрыт, билет на тайный экспресс из посольства был только в один конец. Что ж, значит остается только идти вперед, подумала она, испытывая одновременно волнение и душевный подъем.
Темнота и неизвестность пугали, а мысль о том, что она бежит по тайному туннелю где-то под землей, – возбуждала. Убедившись, что назад дороги нет, она стала водить лучом по стенам, ей хотелось знать, что собой представляет этот туннель и каких он размеров. Пол был, похоже, асфальтированным, и Фатима напрягла всю фантазию, чтобы представить каток и укладчиков в ярких жилетах здесь, глубоко под землей. Стены были каменные, как и полукруглый потолок, такой высокий, что она даже в прыжке не смогла бы достать до него. Прямо-таки сказочные локации, подумала Фатима, вдыхая запах сырости и времени, только бы не встретить «добрых гномов» или еще кого. Здесь, под землей, царила такая абсолютная и давящая тишина, что Фатима специально покашляла, чтобы убедиться, что слух еще при ней. Но и это покашливание вышло тихим и робким, как будто сами звуки боялись вырваться наружу, боялись нарушить эту вековую тишину. Да, ну и местечко, подумала Фатима, направляя свет себе под ноги, лишнего времени тут явно не проведешь. И поскольку мысль эта полностью соответствовала действительности, она не стала больше терять ни секунды и решительно пошла вперед.
Она вся напряглась, как пружина, шагая в неизвестность, освещенную только тонким лучом фонарика, нет, ничего потустороннего она не боялась, с самого детства она не разделяла и не понимала страхи других детей, она не боялась привидений или домовых, она боялась людей, вот кто, по ее мнению, был гораздо страшнее и опаснее. И сейчас, оказавшись в одиночестве в этой давящей черноте, она боялась встречи не с душами умерших обитателей дворца, гораздо больше она опасалась живых.
