По правде говоря, он даже не рассчитывал увидеть ее или кого-то еще, он просто шел на зов, и не думал ни о чем, просто запрещал себе думать. Люди шли в том же направлении, он бы не заметил их, но слишком уж их было много, все спешили и о чем-то оживленно беседовали. Невольно он тоже прибавил шаг, тревожно вглядываясь вдаль. Там точно что-то происходило, теперь он это видел, толпа, блеск мигалок и да, невероятно, но даже военная техника. Расстояние все сокращалось, и теперь он видел, что толпа зевак куда больше, чем он мог предположить или увидеть издалека, целое людское море, а за ним он увидел оцепление и само посольство, правда отсюда от мог видеть только ворота, но прекрасно понял: что бы ни случилось, это случилось там.
Люди окружили его, смешались разные языки. Тут было полно туристов – такое шоу в программу точно не входило – и полно местных, люди всегда любили зрелища, особенно незапланированные. Среди шума толпы и непонятных языков Пророк услышал родную речь. Он обернулся, девушка с парнем говорили на русском. Удача, подумал Пророк и подошел к ним.
– Что здесь творится? – Ему пришлось почти кричать, столько шума создавали люди.
– Террористы захватили посольство! – Ответил парень, и Пророку очень не понравился блеск в его глазах, он походил на лунатика, – да еще во время бала, прикинь!
– Там же бал сегодня, все богатенькие собрались, и тут – бац! – Девушка с такими же глазами лунатика хлопнула кулаком по ладони, – и всех накрыли террорюги! Охренеть можно!
– Боже… – выдохнул Пророк, новость о захвате его нисколько не тронула, просто в груди начался настоящий Армагеддон, так сильно он еще не чувствовал за весь день, а теперь всё рвалось в нем, казалось, грудная клетка разлетится в щепки. И при этом он чувствовал себя абсолютно здоровым.
– Во-во, – возбужденно согласился парень, – только там уже, походу, все закончилось. Но была стрельба. Даже трупы выносили! Я видел!
– Классно, – сумел выдавить Пророк и поспешил подальше от этих падальщиков.
Как во сне он нырнул в толпу и стал пробираться вперед, чувствуя, как самая большая атомная бомба запустила обратный отсчет. Что с ним будет тогда, он не знал, просто шел вперед, как будто что-то гнало его, уже даже не звало, а кричало и требовало. Люди, сотни лиц и тел окружали его, все смешалось, все было как во сне, шум, сирены, крики и гвалт. Я бомба, думал Пророк, пробираясь сквозь толпу, они и не знают, что у меня в груди громадная бомба.
Внезапно он остановился, чувствуя себя сумасшедшим и одновременно как никогда нормальным и трезвым. Пульсация в груди достигла просто космической силы. Он поднял голову и посмотрел на небо, единственный из всех сотен людей, собравшихся здесь. Он не видел звезд, свет фонарей и прожекторов не позволял. Но они там есть, вдруг подумал он, они там, спокойные и невозмутимые звезды. Как во сне он стал оглядываться, люди мелькали, проходили мимо, что-то кричали полицейские. Толпа напирала, всем хотелось видеть кровь, его толкали, но он не сдвинулся с места. И тут на миг люди расступились, Пророк повернул голову и увидел ЕЕ. Невероятно, но сомнений не было, там стояла ОНА, та самая девушка. Диана. С черными волнистыми волосами, выбившимися из хвоста. Такими, какие он и представлял.
Их глаза встретились, и бомба в его груди наконец взорвалась.
Как она оказалась возле ограды, она и сама не знала, люди несли ее, она сопротивлялась, но ничего не замечала вокруг, все ее внимание было устремлено внутрь, туда, где огненная роза раскрывала свои лепестки. Один за одним они открывались, и Фатима даже боялась подумать о том, что же прячется в сердцевине этого цветка.
Людской поток вынес ее к ограде набережной, кто-то сильно толкнул ее в бок, заставив оторваться от созерцания огненной розы в груди, – или в сознании – и Фатима огляделась. Вокруг плотным поток кружили люди, толпа постоянно шевелилась, кто-то протискивался вперед, кто-то, увидев достаточно, лез обратно, голоса людей, разные языки, сирены и крики полицейских слились в какую-то адскую симфонию, но она не слышала ничего, кроме настойчивого зова в груди. Кто-то звал ее, кто-то требовал, чтобы она пришла, но кто и куда? Если бы она знала.
Впереди показался просвет, и она нырнула в него, оказавшись у самой ограды, отсюда был отлично виден противоположный берег, залитый светом прожекторов, так что Фатима невольно отвлеклась от своей внутренней жизни. Ворота посольства были открыты, наверное, сотни полицейский сновали туда-сюда, что-то показывали друг другу и врачам прибывших карет скорой помощи. Она присмотрелась, раненых не увидела, а вот трупы выносили один за одним, накрытые простынями тела, пристегнутые к каталкам. Было в этом что-то такое жуткое, что до нее наконец дошло: все и правда случилось, она и правда побывала там, в этой адской мясорубке. Но сейчас она стоит здесь, а те, кто еще недавно был с ней под одной крышей, покидают здание вот на этих каталках с закрытыми лицами.
