Влад мрачно осмотрел длинный ряд автомобилей в подземном гараже и направился к порше. Хлопнул дверцей, положил ладони на прохладный руль.
Он разозлился. Разозлился так сильно, что готов был… на многое. Непозволительная эмоция в его случае и ситуации. Какого гребаного хрена он так взбесился?
Усмешка исказила губы. Не от того ведь, что девчонка отказала? Остановила его, когда он уже видел в своей голове все те развратные и грязно-пoрочные позы, в котoрые поставит ее? И
вдвойне интересно, остановился бы он сам, зная, что не имеет права к ней прикасаться?
Правда, стоило подумать об этом раньше, до того, как он впустил ее в свой дом. И в свою жизнь. Α теперь… все так далеко зашло, что он утратил контроль. Прежде всего – над собой.
«Вы уверены, что хотите Рику добра, господин Дагервуд? Или вы хотите доказать, что лучше него? Вот только… кому?»
Слова все ещё звучали в его голове, и Влад устало потер глаза. Неужели Ви своим женским чутьем почувствовала то, что сам Влад скрывает даже от себя? Желание что-то доказать? Неужели она права?
И чем объяснить эту тягу к девчонке, эту потребность прикасаться к ней, смотреть, защищать? Он бросился за ней, даже не задумавшись, что полночник может быть ловушкой. Бросился, чувствуя, как выпрыгивает из груди сердце и кровь толчками стучит в ушах.
Α потом нес ее к дому, жадно вслушиваясь в тихое дыхание и шепча исцеляющие слова древнего извечного языка.
А это желание, в котором он тонет каждый раз, когда смотрит на Ви? Мучительное, болезненное желание присвоить ее?
Влад качнул головой. Гребаная хрень. Самое настоящее дерьмо!
В любом случае, все произошедшее почти невинно, а ему
необходимо разобраться со страхами Виктории, раз уж Рик не смог это сделать.
Невинно?
Ну конечно. Он чуть не кончил над ней. Лишь от одного вида ее полускрытых губ и шальных глаз. От запаха ее желания. От того, насколько она была близко. Лишь только протянуть руку… только сорвать этот прoклятый халат. Так легко.
И так недоступно.
Хренов ад!
Скорость, вот что ему нужно. Вот то лекарство, что помогает всегда - запредельная, немыслимая скорость на грани возможного, на форсаже и яростном реве мотора. Да, ему нужно лишь это. Его страсть, что всегда освобождала голову от ненужных мыслей, а тело - от усталости.
