Наконец дрова занялись, потрескивая и распространяя по комнате приятное тепло. Девушка удовлетворенно вздохнула и разогнулась. Потерев усталую поясницу, она выглянула в окно, убедилась, что снаружи никого нет, а экипаж герцога не подъезжает к кованой ограде и решила продолжить осмотр дома, здраво рассудив, что защитные чары не позволят войти туда, куда не следует. На первом этаже кроме кроме кухни обнаружилась только кладовая полная нехитрых продуктов да новомодный холодильный ларь с несколькими отделениями, заполненный снедью. И погреб, но туда Амадин не стала заглядывать. Едва ли герцога л'Армори порадует покушение на его запасы вин. Перед тем как подняться из гостиной по изгибающейся дубовой лестнице на второй этаж она постояла у подножья, разглядывая междную цепь, на которой висели фонари и две двери прекрасно различимые снизу. Если на хозяйской спальне стоит защита, то сейчас она рискует в полной мере ощутить ее воздействие на себе. Амадин украдкой вытерла потные ладони о грубую ткань платья. С удивлением взглянула на юбку. В череде событий, она и позабыла, что одета в арестантскую одежду! Она еще раз взглянула на закрытые двери. возможно, там есть что-то подходящее, чтобы сменить позорное платье. Вздохнув, Амадин решительно поднялась по ступеням. Магические фонари вспыхивали и гасли, словно ободряя. Девушка стиснула зубы. Подобные нововведения управлялись при помощи магических стержней. Нефритовые палочки пропитывались магией, получаемой от преступников после вынесения приговора. Возможно, и саму Амадин ждет такая судьба. Злость придала решимости, и Амадин по-хозяйски открыла первую дверь. Молния не вспыхнула, небеса не разверзлись, более того, никакое заклинание не пронзило девушку. За порогом обнаружилась спальня, большую часть которой занимала кровать. огромная, с четырьмя деревянными столбиками по бокам, но без обязательного балдахина. Присмотревшись, Амадин заметила, что к столбикам привязаны атласные ленты. Это вызвало недоумение, но девушка не стала гадать, для чего они предназначены. Больше ничего удивительного в спальне не обнаружилось. Помимо кровати, накрытой атласным покрывалом, обстановку дополняли пара шкафов и стол. И огромное окно выходящее на балкон, за которым сейчас плескал ветвями залитый дождем темный сад. Поколебавшись, Амадин зашла во вторую комнату. Она была зеркальной копией предыдущей, разве что вместо стола тут было трюмо с зеркалом, да балкона не было. Слабый аромат духов свидетельствовал, что совсем недавно в спальня принадлежала женщине. Поколебавшись, девушка распахнула дверцу шкафа. так и есть: тонкие сорочки, костюмы для прогулок, чулки. В углу висело даже два бальных платья. не удержавшись, девушка протянула руку и потрогала тонкий шелк. Тяжело вздохнула, понимая, что носить такой вряд ли придется и решительно закрыла шкаф. В комнате была еще одна дверь, Амадин распахнула ее. Магические светильники медленно зажглись, мозаичные стены загадочно замерцали золотом, и девушка не смогла сдержать изумленного возгласа: - Вот это да! Такое она видела только на гравюрах в книгах о южных странах. Чего тут только не было!И отдельный камин, и инкрустированная перламутром этажерка уставленная сосудами с драгоценными притираниями и мягкие льняные отрезы, и мраморные раковины, почему то две и обе с зеркалами, тут было даже окно, выходящее на тот же балкон и забранное ажурными ставнями. роскошный туалетный стул был отгорожен ширмами, на шелке которых танцевали серые журавли. А в центре комнаты возвышалась ванна. Вернее было бы сказать бассейн, слишком уж огромной была чаша. Выложенная мозаикой, она вполне могла вместить двух-трех человек, а широкие бортики так и манили раскинуть руки,оперевшись спиной на стенку чаши. - Что-то мне подсказывает, что хозяин этого дом не чужд водных процедур, - Амадин тщательно вымыла испачканные сажей руки, взглянула в висящее над раковиной зеркало в тяжелой раме и искренне ужаснулась. Удивительно, что герцог вообще узнал ее в этой замарашке с серой кожей и невнятного цвета волосами, ведь в прошлую встречу он был изрядно пьян, а она выглядела куда приличнее и неприличнее одновременно. От одного взгляда на платье и огромные буквы на сукне девушка передернулась и решительно начала стаскивать опостылевшую робу, а следом и далекое от свежести белье. Раз уж герцог решил, что ей место в этом доме, то ему придется смириться с тем, что она воспользуется всем предоставленными удобствами. Вода хлынула в каменную чашу с изрядным напором, стоило активировать соответствующую руну. - Магического прогресса не чужд тоже, - Амадин пробежалась пальцами по изящной вязи выточенной на камне, заставила воду потеплеть до едва терпимой температуры и пошла разбираться с притираниями. Вместо привычных серых брусков с запахом дегтя, не перебиваемым даже травяными отдушками, здешнее светлое мыло вкусно пахло цветами. Не привычной розой и лавандой, а скорее,полевой ромашкой и еще чем-то, легким и душистым одновременно. Амадин не стала ждать, пока ванна наполнится целиком. Желая побыстрее смыть с себя все, она осторожно ступила в горячую воду, опустилась на колени, а потом и растянулась на дне с блаженным стоном. Запястья, ободранные кандалами тут же нещадно засаднили, заныли все синяки, полученные за последние дни. Измученное тело предательски потянуло в сон, но девушка встряхнулась и решительно намылила волосы, вымывая грязь и тюремных дух. Смыла и намылила снова… и снова. А потом долго терла кожу жесткой мочалкой, словно сдирая с себя все чужие взгляды, прикосновения, тычки. Дольше всего не поддавалась предательская траурная кайма под обломанными ногтями. Выбравшись из ванной девушка с тоской осмотрела казенную робу и решительно откинула ее. Еще раз обвела взглядом комнату, заметила халат, небрежно лежавший на одной из полок. Синий шелк и парчовый пояс явно выдавали принадлежность вещи хозяину дома. Поколебавшись, девушка завернулась в него. Вещь была настолько большой, что ей несколько раз пришлось подвернуть рукава и а пояс обмотать на талии два раза и все равно кисти почти касались пола. Ткань еле ощутимо пахла чем-то свежим, точно лес после дождя. - Надеюсь, на меня не рассердятся, - пробормотала Амадин. Кровать в спальне так и манила прилечь, но девушка решительно направилась вниз. Прежде чем ложиться в постель, стоило прояснить с хозяином дома некоторые моменты и… попытаться продать себя подороже. При мысли о том, что она может стать любовницей герцога, Амадин бросило в дрожь, а низ живота скрутило, но не от страха, а от волнения. Она глубоко вздохнула, пытаясь обрести ясность мысли, и направилась в гостиную. Камин внизу почти прогорел, однако пара поленьев подброшенных на угли быстро занялись веселым ярким пламенем. Амадин подтащила кресло поближе к огню, завернулась в мягкий шерстяной плед,обнаруженный на кушетке. Томик стихов выскользнул из-под ткани, девушка подобрала его, усмехнулась и положила на место. После чего забралась в кресло, поджала голые ноги уже озябшие на узорном мраморном полу. Дрова в камине мирно потрескивали, пламя плясало перед глазами, а тело после горячей воды и мыла охватила томная слабость. Глаза то и дело закрывались, и Амадин не заметила, как заснула.
