Подеста, ожидающий, что клан, подвергшийся нападению другого клана, будет бороться вместе с ним, предпочитает вступить в конфронтацию, а не в сговор с кланом-агрессором. Клан, подвергшийся нападению, мотивирован бороться вместе с подеста, потому что если он этого не сделает, подеста также не станет вступать в конфронтацию с другим кланом. В то же время объединенные силы подеста и клана, борющихся бок о бок, таковы, что для клана оптимально бороться вместе с подеста.
Этот анализ показывает, как хрупок тот баланс власти, который необходимо поддерживать, чтобы подестат обеспечивал политический порядок. С одной стороны, подеста не может быть достаточно силен в военном отношении, чтобы самому получить политический контроль или вступить в сговор с одним из кланов. С другой стороны, он должен быть достаточно силен, чтобы его угроза при необходимости сражаться вместе с пострадавшим кланом лишила бы кланы любой мотивации провоцировать друг друга.
Теоретически введение подестата могло быть самоподдерживающимся институциональным изменением, которое ослабило связь между политическим порядком и мобилизацией клановых ресурсов. Чтобы установить, действительно ли это было так, нам придется изучить правила и установления, которые регулировали деятельность подестата. Необходимо определить, соответствуют ли они теоретическим условиям, при которых подестат способствует поддержанию сотрудничества и порядка.
Чтобы компенсировать участие подеста в борьбе, коммуна щедро ему платила [Vitale, 1951, p. 25]. Его поддерживали солдаты и судьи, которых подеста привозил с собой. Его военная сила (по возможности с опорой на генуэзцев, которые не были аффилированы с главными кланами) не была ни ничтожной, ни значительной [Ibid., p. 27]. Согласно Annali, для подеста было достаточно «осуществить возмездие тем, кто был замешан хотя бы в чем-то бунтовщическом в Генуэзской республике… он заставлял всех виновных сдаться. Его тень и его дерзость внушали караулу и всем уверенность» [Annali, 1196, vol. II, p. 253].
В то же время прилагались усилия к тому, чтобы в военном отношении генуэзский подеста был достаточно слаб по сравнению с генуэзцами в целом, и тем самым помешать ему стать диктатором. На самом деле ни один подеста ни разу не предпринял попыток захватить власть над городом. Вероятно, слабость подеста поддерживалась для того, чтобы предотвратить сговор с одним из кланов. Теоретически клан с большим военным потенциалом может достоверно пообещать только небольшое вознаграждение. Однако клан и подеста могли применить и другие механизмы гарантирования исполнения своих обещаний – такие как браки и совместные экономические предприятия, которые не зависели от относительной военной силы.
Чтобы этого не случилось, существовали различные правила, направленные на ограничение связи подеста с генуэзской политикой и обществом. Подеста избирался советом, члены которого были выбраны на основе географии, чтобы помешать получить контроль любому из кланов.
Действующий подеста наблюдал за этим процессом. Ни самому подеста, ни его родственникам (до третьего колена) не разрешалось общаться с генуэзцами, приобретать собственность, жениться или совершать какие-либо коммерческие транзакции для себя или для других в Генуе. Подеста, как и пришедшие с ним солдаты, должен был покинуть город по истечении срока и не возвращаться в него в течение нескольких лет. Чтобы избежать развития отношений с кланами, каждый из которых господствовал в отдельной части города, подеста кочевал из одного квартала в другой, если только для него не строилась специальная резиденция.
Подестат постоянно дорабатывался по мере того, как локальное институциональное обучение раскрывало его недостатки. Чтобы повысить гибкость при принятии административных и политических решений и согласовать действия подеста с интересами Генуи, с 1196 г. восемь ректоров или советников (по одному на округ) подключились к управлению и контролю. Эти чиновники были выбраны для того, чтобы изолировать подеста от влияния главных генуэзских кланов. Лишь немногие из ректоров отождествлялись с одной из основных семей, участвовавших в межклановых войнах XII в.[237].
Вскоре после этого изменения было институционализировано правило, по которому распоряжения подестата должны были одобряться широким форумом (советом). Важные политические решения должны были получить одобрение парламента, в который входили «полноправные» генуэзцы. В 1229 г. законодательные правила в Генуе были кодифицированы, чтобы еще больше сократить свободу действий и способность кланов создавать сети патронажа за счет контроля над юридической системой [Vitale, 1951, p. 32–40; 1955, vol. 1, p. 56].
