— Вам повезло, мужчина, — многозначительно и самодовольно сказала она, — как раз для такого случая у меня остался последний букетик.
— Покажите, — попросил Забродов.
Молоденькая девушка вдруг почему-то резво нагнулась и через минуту достала из-под прилавка симпатичный маленький букетик весенних цветов.
— Вот фиалки с Монмартра! — торжественно произнесла продавщица.
Седовласый покупатель внимательно и с нескрываемым интересом посмотрел на небольшой аккуратный букетик фиолетово-голубых фиалок. Цветы и в самом деле были без особых претензий, скромные и со вкусом.
— Из Франции? — с некоторым удивлением поинтересовался Забродов.
Молоденькая девушка без зазрения совести утвердительно качнула головой:
— Да, только сегодня доставили.
Илларион Константинович слегка улыбнулся, но ничего не сказал, а только подумал, что, наверное, Ленинградская область уже считается Францией, где в парниках выращивают цветы на любой вкус. Но букетик и в самом деле был скромным и милым.
— Хорошо, девушка, я покупаю эти фиалки с Монмартра, — согласился Забродов и, достав деньги, рассчитался с продавщицей.
Поблагодарив девушку за внимание, Илларион Константинович осторожно взял маленький букетик нежных цветов в одну руку, а во вторую дипломат и, кивнув на прощанье седой головой, медленно вышел из цветочного магазина.
Он еще раз оценивающим взглядом посмотрел на скромный, но достойный букетик фиалок и остался доволен своим выбором.
И вдруг он заметил знакомую фигуру.
Взволнованный и слегка смущенный Забродов глубоко вздохнул и быстрым шагом направился к Ирине…
Они медленно брели по набережной Невы. Разговор не клеился…
Ирина молча шла и смотрела на букетик нежных фиалок, которые подарил ей Забродов, а Илларион, ничего не говоря, шел рядом. Наконец Забродов, слегка кашлянув, повернулся к женщине.
— Ирина, давай куда-нибудь зайдем, посидим, поговорим… А то на улице не месяц май, — предложил ей Забродов. — Не хватало нам еще насморк подхватить на старости лет.
Ирина равнодушно пожала худенькими плечами, хотя было видно, что она уже продрогла и ежилась в своем легком темном плаще.
— Давай, — тихо и безвольно согласилась Ирина.
— Вот и хорошо…
Забродов осмотрелся и заметил небольшое кафе, которое призывно играло своими огнями.
— А вот как раз и нужное нам заведение, — указав рукой на кафе, сказал Илларион, — вроде бы ночное… Возможно, там мы и найдем с тобой пристанище.
Ирина неуверенно повела плечиком и снова уставилась на фиалки. Илларион Константинович взял ее под руку, и они, перейдя дорогу, направились к кафе, которое, к их радости, оказалось круглосуточным.
— Прекрасно, — облегченно вздохнул Забродов, который после прилета в Санкт-Петербург ничего еще не ел и не пил, да еще вдобавок и сильно продрог.
Илларион прошел со своей спутницей в кафе, и, раздевшись в гардеробе, они оказались в небольшом, но уютном зале, где, к слову сказать, было немало народу. Найдя в самом углу свободный столик, Забродов провел и усадил даму, а затем позвал официанта, который тут же откликнулся на зов клиента.
— Доброй ночи, — поздоровался молодой здоровый парень с косичкой.
— Здравствуйте, — кивнув, ответил Забродов.
— Что будете заказывать? — поинтересовался официант и протянул папку с меню.
Однако Илларион Забродов, отрицательно махнув рукой, сказал парню:
— Пожалуйста, двести граммов водки, бутылочку сухого красного вина, пару салатиков и что-нибудь из фруктов.
Официант с достоинством кивнул светлой головой и поинтересовался:
— Что будете на десерт?
Ирина равнодушно пожала плечиками и ничего не сказала.
— Кофе и что-нибудь к нему, на ваше усмотрение, — попросил Илларион Забродов. — Только кофе два, а сладость только для дамы.
Официант, снова кивнув головой, слегка склонился:
— Понял!
Приняв заказ, молодой человек быстро ушел, а Забродов взял со стола бутылку минералки и налил воду в фужеры.
— А тут ничего, — не зная, с чего начать разговор, осмотревшись, произнес Забродов.
Ирина наконец оторвала свой взгляд от букета фиолетово-голубых фиалок и, равнодушно окинув взглядом зал, одобрительно качнула белокурой головой:
— Да, мило…
Разговор снова не клеился, и Забродов, достав пачку сигарет, закурил.
— Угости меня сигаретой, — вдруг неожиданно для Иллариона попросила Ирина.
Инструктор с удивлением посмотрел на блондинку, но, ничего не сказав, протянул ей пачку сигарет и дал прикурить от зажигалки. Ирина затянулась дымом и тут же закашлялась.
— Может, не стоит травить себя, — заметил Забродов.
Ирина Мирошниченко сделала еще одну затяжку и покорно кивнула головой.
— Ты прав, Илларион, горечь утраты не заглушишь никотином, — проговорила она и резко затушила сигарету в глиняной пепельнице.
Забродов понимающе и сокрушенно покачал седой головой и облегченно вздохнул: разговор, который он не хотел сам начинать, стал завязываться сам собою.
— Да, Ирина, трудно терять дорогих и близких людей, — сказал он и посмотрел на свою подругу.
