— Ну, бродяга, вот и все вроде бы на сегодня, — облегченно произнес Забродов и стал медленно подниматься по лестнице наверх, — конец моим мучениям!
Оставалось зайти домой, принять душ, переодеться и отправиться к Ирине. Однако, сделав несколько шагов по лестнице вверх, Забродов вдруг поймал себя на неприятном ощущении неудовлетворенности, но никак не мог понять, с чем это связано. И, став копаться в своей памяти, неожиданно вспомнил, что могло его расстроить. Инструктор вспомнил, что Говорков говорил, что Виктору Олифиренко звонила женщина по имени Шура, но потом Илларион, порывшись в своей памяти, ясно вспомнил, что сосед упомянул имя Шурка как мужское имя…
— Твою мать, — громко и зло выругался уставший полковник, — так кто же это был: мужик или баба?! И вообще, существует ли какой-то или какая-то Шурка в природе или только в больном сознании хронического алкаша?!
Постояв на лестничной площадке несколько минут, Забродов неожиданно сплюнул и решил, что этот вопрос нужно оставить на утро.
«Пусть Иосиф проспится, — раздраженно и зло подумал полковник Забродов, — а потом мы серьезно возьмемся за его видения и галлюцинации! А заодно нужно будет подскочить в футбольный клуб «Спарта» или на его базу в Подмосковье».
Откинув манжет куртки и взглянув на свои командирские часы, Забродов понял, что ему уже давно пора быть у Ирины.
Ирина Мирошниченко, переступив порог своей квартиры, первым делом бросила вещи в коридоре и, подойдя к телефону, сняла трубку и набрала питерский номер своей родственницы. Она хорошо помнила просьбу Иллариона позвонить в Санкт-Петербург и напомнить родственникам, чтобы те непременно забрали медицинское освидетельствование смерти Вячеслава и вообще чтобы постарались быть в курсе хода расследования убийства брата. Через несколько минут на другом конце раздался уставший женский голос:
— Але, я слушаю вас…
Ирина Александровна, слегка откашлявшись, глубоко вздохнула и сказала:
— Тетя Маша?
— Да, это я, — ответила тетя Маша сонным голосом, — простите, кто это?
Мирошниченко, виновато улыбнувшись, снова кашлянула и произнесла:
— Это я, Мария Сергеевна, Ирина!
— А, Ириночка! — тихо воскликнула пожилая женщина. — Ну как ты долетела?
— Нормально, тетя Маша.
— А чего так долго не звонила? — обеспокоенно поинтересовалась Мария Сергеевна.
Ирина устало вздохнула:
— Да немного задержали вылет из «Пулково», да и не хотелось слишком рано вас будить.
В телефонной трубке раздался кашель Марии Сергеевны, которая, по-видимому, так же как и ее племянница, простыла во время похоронной церемонии.
— Да я, Ирина, и не спала почти всю ночь, — призналась собеседница.
— Да, Мария Сергеевна, трудно заснуть после всего случившегося… — согласилась москвичка и тут же поинтересовалась: — Ну а как там все закончилось?
— Да все нормально, Ирина, ты не переживай и не беспокойся, — заверила родную племянницу тетка. — Сегодня пойдем на кладбище к Славику…
В телефонной трубке вдруг раздался старческий всхлип, отчего у Ирины к горлу подкатился дерущий комок, а на глазах навернулись слезы. Однако она постаралась сдержать свои эмоции.
— Не нужно, тетя Маша, плакать, — проговорила Ирина сама едва сдерживая слезы. — Славика уже теперь не вернешь…
Пожилая родственница, всхлипнув еще несколько раз, протяжно вздохнула:
— Да, Иринка. Только трудно с этим смириться…
Ирина покачала головой и, смахнув кончиками пальцев набежавшую слезу, твердо и даже как-то жестко произнесла:
— А никто и не собирается мириться, тетя Маша! Вы, Мария Сергеевна, непременно соберите все документы и держите меня в курсе всех дел, связанных с расследованием.
— Да, Ирочка, я помню твою просьбу.
— Непременно!
— Да, да…
Родственницы еще немного поговорили о вчерашних похоронах, обсудили, как и где будут проводить девять дней после смерти Вячеслава Жевновича, и стали прощаться.
— Ну, хорошо, Мария Сергеевна, звоните, — устало произнесла Ирина.
— Непременно, Ирочка, — заверила тетя Маша племянницу, — позвоню!
— До свидания!
— Храни тебя, Господь! — ответила Мария Сергеевна.
— И вас…
Ирина уже хотела положить трубку, однако ее собеседница вдруг испуганно воскликнула:
— Ирина, чуть не забыла!
— Что случилось, Мария Сергеевна? — настороженно спросила Ира.
— Звонил Сергей Корниленков, — заговорщицким тоном произнесла тетя Маша.
— Сергей?
— Да…
Ирина вдруг побледнела: Сергей был другом ее брата, но не очень давно они сильно поссорились с Вячеславом, и Ирину этот звонок немного удивил, если не сказать встревожил…
Немного отоспавшись и отдохнув после потрясений последних дней, Ирина приняла горячий душ и, выйдя из ванной комнаты, привела себя в порядок. Наконец она взглянула в зеркало и осталась собой довольна.
Однако грудастая и длинноногая красавица не стала долго вертеться у зеркала, а, протяжно вздохнув, быстро направилась в кухню, чтобы приготовить достойный ужин к приходу своего седовласого кавалера.
— Так, что мы приготовим? — проговорила она вслух, открыв холодильник.
