Дальнейшие события развивались стремительно. Илларион подошел к Говоркову.
— Привет, Петрович! — поздоровался с соседом полковник Забродов.
Иосиф Петрович с трудом поднял большую кудлатую голову и, тряхнув ею, радостно улыбнулся.
— Кон-стан-тинович… — заплетающимся языком выдавил из себя Говорков и раскинул руки — то ли от удивления, то ли для того, чтобы обнять Забродова. — До-ро-гой мой! Каким ветром…
При этих словах Говорков едва не упал, но Забродов успел его подхватить.
— Попутным ветром, гражданин Говорков, — раздраженно ответил Забродов и добавил: — А теперь им же мы отправимся домой.
Иосиф Говорков покорно опустил свою кудлатую голову на грудь.
— Отправимся, — согласился он, но вдруг остановился и посмотрел на полковника своими маленькими мутными глазками. — Только, может, сначала по пивку? Так сказать нужно поправить здоровье…
— Да от тебя, Петрович, из самого, как из пивной бочки, несет, — волоча соседа сквозь плотные ряды алкашей, недовольно произнес Забродов.
Иосиф Говорков обиженно затряс головой и даже стал упираться ногами.
— При чем здесь я! — возмутился он. — Ты же сам, Константинович, приказал мне найти Митьку и держать его при себе!
Полковник Забродов, недовольно и грустно вздохнув, укоризненно покачал своей седой головой:
— Держать, но не напиваться до скотского состояния.
— Да разве его удержишь без ста граммов, — громко воскликнул Говорков.
— Ладно! — сказал Забродов и потащил Говоркова к выходу, при этом он успел бросить взгляд назад, где дворник Ахмет тащил второго алкаша.
— Как ты там, Ахмет? — поинтересовался Забродов.
— Нормально, Константинович, — успокоил отставного полковника дворник.
— Тогда догоняй нас, — сказал Забродов и вышел с Говорковым на улицу.
Ахмет тоже долго не церемонился с Митькой, и, когда тот стал озадаченно озираться по сторонам и упираться, татарин дал ему пинка.
Митька удивленно взглянул на Ахмета и, узнав татарина, спросил:
— А куда мы плывем, Ахмет?
— В теплые края, — машинально ответил Ахмет.
Как и предполагал дворник, Иосифа Говоркова и его приятеля Митьку пришлось грузить в черный бьюик, как дрова. Однако Илларион Константинович справился с этим быстро. Распахнув заднюю дверцу автомобиля, он втолкнул туда Петровича. А с другой стороны они с Ахметом втиснули ценного свидетеля Митьку. Было, правда, сомнительно, что этот Митька сможет что-нибудь вспомнить, а тем более рассказать. Но выбора у них не было.
— Илларион Константинович, — размахивая рукой, начал оправдываться Говорков, — я выполнил твою просьбу. Митька при мне!
— Хорошо, Петрович, — сказал Забродов не оборачиваясь, — разберемся, дорогой! А теперь отдыхай, мне еще нужно задать тебе несколько серьезных вопросов.
Иосиф Говорков приподнял тяжелую кудлатую голову и заплетающимся языком проговорил:
— Спрашивай, Илларион, я готов!
Забродов быстро и нервно почесал щеку и, кашлянув, пообещал:
— Спрошу, Петрович, спрошу!
— Спрашивай… — уже более тихо и не так настойчиво произнес Говорков и вдруг захрапел в унисон со своим приятелем Митькой.
Забродов посмотрел в зеркало на спящих на заднем сиденье «свидетелей», потом перевел взгляд на молчаливого и насупившегося татарина, который смирно сидел рядом с ним.
— Ну, что, Ахмет, тронулись? — горько усмехнувшись, спросил Забродов.
— Тронулись, Константинович, — согласился Ахмет. Но тут же, повернув голову, вопросительно посмотрел на седого полковника: — А куда мы их повезем?
Илларион вдруг задумался и ответил вопросом на вопрос:
— И в самом деле, Ахмет, а куда мы их пристроим?
Старый татарин неуверенно задергал плечами, виновато опустил глаза и растерянно проговорил:
— Не знаю, товарищ полковник. Может быть, снова ко мне?
Инструктор внимательно посмотрел на Ахмета и, возможно бы, согласился с его предложением, но ему вдруг вспомнилась пожилая женщина в старомодной шляпке, и он, покачав головой, проговорил:
— Нет, Ахмет, к тебе, дорогой, нельзя!
— Почему? — удивился Ахмет.
— Нельзя светиться! — неопределенно и уклончиво ответил Забродов.
Ахмет ничего не понял, но уважительно затряс головой, понимая, что такой большой и серьезный человек, как Илларион Константинович Забродов, знает, что делать в сложных ситуациях.
— Так куда? — снова нетерпеливо задал вопрос бородатый дворник.
Илларион протяжно вздохнул и, включив зажигание, спокойно и уверенно ответил:
— Отвезем их домой!
— К кому?
— К Говоркову Иосифу Петровичу, — сказал Забродов.
— Правильно, Илларион Константинович! — согласился Ахмет. — Везем их домой!
Полковник Забродов снисходительно посмотрел на бородатую физиономию татарина и, усмехнувшись, сказал:
— Ладно, дорогой, хватит лясы точить…
— Точно, Илларион Константинович, хватит точить, — согласился татарин с полковником и сокрушенно добавил: — А то еще метлу какая-нибудь шантрапа стибрит, а без нее мне, дорогой, как без рук!
— Кому что, а лысому расческа! — воскликнул Илларион Константинович.
— Какая расческа? — испуганно и недоуменно переспросил глуховатый старик.
— Большая, Ахмет, как твоя метла! — сказал Забродов, резко нажал на газ, и автомобиль рванул с места…
