Мама. Ты же знаешь, я боюсь. Когда ты рядом, я чувствую себя спокойнее. Мне страшно оставаться одной. Ты – единственное, что у меня осталось, ты единственный человек, который мне нужен.
Сережа. (Тихо, с нежностью) Мама, я же не собираюсь уезжать. Ты же знаешь прекрасно, что я часто думаю о тебе. Когда я уезжал, ты же помнишь, я звонил тебе каждый день. Ты же чувствовала мое присутствие, ты знала, что я рядом, что я о тебе волнуюсь. Я бы хотел, чтобы мы сообща решали все наши семейные дела, ставили бы друг друга в известность. Может быть, тогда я женюсь… и будут дети, внуки…
Терапевт. Спроси у мамы: «Мама, ты хочешь, чтобы я женился?»
Сережа. Ты хочешь, чтобы я женился?
Мама. Да, я хочу, но я хочу… (Пауза) чтобы тебе попалась такая жена, которая бы уважала и ценила тебя. Я хочу, чтобы ты женился. Я хочу тебе счастья, хочу… я тоже устала от всего этого.
Терапевт. Спроси от имени мамы: «Ты сам-то жениться хочешь?»
Сережа. (От имени мамы) Ты хочешь жениться?
Сережа. (Долгая пауза) Нет!
Терапевт. (От имени матери) Так чего же ты хочешь? Сережа. (Тихо, после паузы) Я тоже хочу быть с тобой. Хочу жить так, как и жили… Довольствоваться тем, что есть… (Громче, более живо, как бы приходя в себя) Меня удовлетворяет все это… Все прекрасно!
Мама. (Тихим, упавшим голосом) А как же дети?
Сережа. (Более живо): Что дети? Что сейчас дети? Их прокормить даже нечем сейчас. Ты же знаешь, что я всегда создавал себе идиллический образ, какой-то любви… хотя сам в этом практически… Но я вспоминаю, как ты препятствовала нашим встречам с Мариной. (С сарказмом) Редчайшее зрелище! Тебе все не нравилось, все абсолютно! Ты все эмоции во мне давила. Все давила. Все!
Терапевт. Еще раз, глядя на маму, мог бы повторить, что ты хочешь?
Сережа. Я хочу, чтобы мы понимали друг друга и с уважением относились друг к другу.
Терапевт. А по поводу дальнейшей жизни, по поводу женитьбы? Повтори то, что ты уже сказал.
Сережа. Я хочу, чтобы мы понимали друг друга и уважали друг друга. Я хочу, чтобы ты не мешала мне в выборе женщины. Чтобы ты не мешала мне в выборе моего пути. Хочу, чтобы ты мне не навязывала…
Терапевт. (Прерывая) Сережа, я хочу, чтобы ты повторил только то, что ты уже ответил на вопросы, хочешь ли ты жениться и чего ты хочешь.
Сережа. Я хочу, чтобы ты… (Пауза) не давила мои эмоции, я хочу, чтобы ты не высказывала в таких формах своего отношения.
Терапевт. (Настойчиво) Сережа, скажи еще раз то, что ты уже сказал здесь на вопросы мамы о том, хочешь ли ты жениться.
Сережа. (Небрежно) Да нет, наверное, не хочу.
Терапевт. Так скажи это маме еще раз. Чего ты хочешь, еще раз скажи.
Сережа. (Упавшим голосом, тихо) Я хочу… чтобы мы были вместе… Я хочу, чтобы ты решала все за меня. Все делала, а я жил бы вот так… В принципе, меня все устраивает, я на все готов. (С детской обидой в голосе и с протестом) Мне ничего не надо! Ничего! Работа есть – все! Этого вполне достаточно. Хочу, чтобы все оставалось на своих местах. Я только одного хочу, чтобы ты не сильно на меня кричала, – и все. Чтобы наша семья была вместе. Все. Больше я ничего не хочу.
Терапевт. Теперь попытайся ответственно сказать маме, что из твоих признаний тебя больше всего напрягает в отношениях с ней.
Сережа. Больше всего меня напрягает, наибольший дискомфорт я испытываю тогда, когда говорю тебе, что сегодня я не приду ночевать домой. И вот этот момент, когда я ухожу, доставляет мне массу неприятностей. Слышать твои внутренние упреки – я их ощущаю. Я это чувствую всеми фибрами. (Тяжело вздыхает) Находясь в постели с женщиной, я могу встать чуть свет и уехать, формально объяснив это какими-то причинами. Я возвращаюсь к тебе, чтобы ты чувствовала себя спокойно… (Пауза) И еще. Когда ты меня слишком опекаешь, это мне мешает. Все.
Терапевт. Ты сказал самое главное что тебя напрягает?
Сережа. Да, это главное. Другие моменты, другие картины, которые возникают сейчас в моем сознании, успешно решаются. Два самых главных момента… (Убежденно) …и, возможно, первый – самый главный, потому что с другими я нахожу силы бороться. Первый момент самый важный. Она ведь понимает все! И еще… (Обращаясь к матери с горечью и ожесточением) я не хочу, чтобы ты меня оскорбляла. Называла меня дрянью и мразью. И это с детства – как будто тебя хлещут по лицу. Потом у меня возникают проблемы, почему у меня с женщиной какая-то неуверенность. Сперва вгоняют в детстве вот так вот, как молоток вгоняет гвоздь.
Терапевт. Ты закончил работу?
Сережа. Да, все.
Терапевт. Мама услышала сегодня от тебя что-нибудь нового?
