- Не строй из себя мою обду, - отмахнулся Тенька. – Тебе до нее все равно далеко. И почему это я ничего не могу? Очень даже могу и делаю. Сейчас подумаю немного, как убрать жар из теплового излучения. Там либо что-то простое, либо принципиально новое, жаль только, что чистого материала для опытов так мало. И где этих Черных Всадников носит?
Колдун накаркал. Словно в ответ на его слова по тракту разнесся глухой и частый стук копыт. Леголас побледнел, полурослики сжались, Глорфиндел, Майтимо и Арагорн вскочили на ноги. Тенька тоже поднялся, с нетерпением вглядываясь в черноту.
Всадников было девятеро, под капюшонами плащей клубилась тьма. В мертвенной тишине они спешились, беря путников в кольцо. Воздух стал холодным, вязким, волосы шевелила жуть. Леголас спустил тетиву, но стрела без единого звука прошла сквозь черный плащ, не причинив вреда владельцу.
И тут тишину разрезал восторженный возглас:
- Ух, какие они интересненькие! Я по ним трактат напишу! Эй, банка у кого-нибудь есть? Мне хоть пару штук поймать надо, пока вы их не спугнули!
- На кой тебе, во имя всех Валар, банка?! – прошипел Майтимо, оборачиваясь.
- А где я их хранить буду? – резонно осведомился Тенька. – О, у меня же варенье было!
Колдун метнулся к своему мешку, Глорфиндел тем временем поднял меч, и фигура его засияла. Дрогнула темнота.
Тенька, наконец, вытащил из мешка грязную банку в остатках варенья и метнулся к ближайшему назгулу. Вспыхнуло, хлопнуло, и черное существо исчезло, а колдун плюхнулся животом на землю, ловко накрывая банкой что-то маленькое. Та же участь постигла второго назгула, неосмотрительно бросившегося первому на помощь.
- Гоните их на Теньку! – сообразил Арагорн.
И Майтимо в который раз уверился, что даже битва с участием Теньки напоминает балаган.
- Ну, разве они не интересненькие? – с умилением вопрошал Тенька, глядя на крохотных, измазанных вареньем Черных Всадников, тщетно пытающихся выбраться из плотно закрытой банки.
- Как ты это сделал? – озвучил Майтимо общий вопрос.
- Да очень просто! Как я в гостях у Трандуила комара увеличил...
- Какого еще комара? – встрепенулся Леголас.
- Не суть, - поспешил замять Тенька опасную тему. – Тем более, я его все равно опять уменьшил. И этих – тоже. Надо при случае банку помыть, а то в таком виде ее неудобно будет демонстрировать перед кафедрой.
Ночь посветлела, громко и протяжно заквакали лягушки в мокрой траве. Даже бледное лицо полурослика Фродо немного разгладилось и вроде бы порозовело. Тенька задумчиво почесал в затылке и поинтересовался:
- А чего это такое интересненькое светилось, пока мы назгулов гоняли?
- Это я светился, - скромно ответил Глорфиндел, не подозревая, чем это для него грозит.
- И у тебя волосы не выпали? Вот это да! Может, ты еще и тип излучения назовешь по таблице? Нет? Ну что за измерение! Столько интересненького кругом, и все неучи!
Глорфиндела обошли со всех сторон, заглянули в рот, нос и уши, после чего Тенька заявил, что излучение то самое, которое надо, теплое, но не обжигающее, и сейчас он его синтезирует.
- А Глорфиндел после этого выживет? – подозрительно уточнил Майтимо.
- Чего ему сделается? Я ж профессионал! Это еще безопаснее, чем когда Кано в будке играл! Хотя, принцип тот же.
- Может, лучше ты из меня синтезируешь это свое излучение? – Майтимо чувствовал себя в ответе за всех жителей измерения, беззащитных перед научными изысканиями друга.
- А ты тоже умеешь его создавать?
- Чего я только не умею, - пробормотал бывший лорд Химринга, наблюдая, как крохотные назгулы скользят по гладким стеклянным стенкам банки и безуспешно вязнут в варенье. Зрелище завораживало.
- Нет, твое не подойдет, - решил Тенька. – Ты из другого измерения, вдруг у тебя метаболизм другой или колебания по частотам не совпадают? Садись напротив меня, Глорфиндел, и светись, только, чур, не халтурить!..
- В этом измерении я чувствую себя так, словно проснулся наутро после хорошей гулянки, - раздраженно делился Майтимо, созерцая из окна дивные водопады Ривенделла.
- То есть? – переспросил Тенька.
- То есть, все мне рассказывают, чего и сколько я учудил, но сам я об этом ни сном, ни духом! Мне уже опостылело объяснять всем и каждому, что я действительно Нельяфинвэ Феанарион, но при этом не убивал синдар, не сходил с ума и не бросался в лаву с сильмариллом в зубах. Ах, да, еще, что количество моих рук и веснушек никого не касается.
- Ты про воспитанников забыл, - хихикнул Тенька.
Майтимо только отмахнулся. При встрече с владыкой Ривенделла Элрондом упомянутое чувство достигло апогея.
«Здравствуй, Майтимо, - сказал тогда звенящим голосом этот убеленный сединами эльф. – А ты совсем не изменился, только…» - набивший оскомину взгляд на руку и веснушки.
«Разве мы знакомы?» - осторожно уточнил Майтимо.
«Неужели ты меня не узнаешь? Ведь я твой воспитанник, Эллерондо».
«Не стой столбом! - пихнул друга Тенька. – Обними ребенка, он же сейчас заревет!»