Майтимо торжественно отложил в сторону последний законченный чертеж, вернул перо и кисть на деревянную подставку рядом с чернильницей, хлебнул остывшего травяного чаю и откинулся на спинку стула, размышляя, что ради празднования такого события, как конец проектирования небоскреба, можно выпить чего покрепче. Например, кофе. Без булочек. И вместо молока разбавить мировуре. Гулять, так гулять!
Но не успел бывший лорд Химринга хорошенько размечтаться, как услышал, что этажом выше, в спальне, кто-то ходит. Майтимо не ждал гостей, тем более таких, которые оказываются у него дома, незаметно минуя входную дверь. Поэтому он насторожился и поспешил наверх, стараясь ступать потише, чтобы застать незваного гостя врасплох.
Дверь спальни была приоткрыта. Затаив дыхание, Майтимо поглядел в щелку. С облегчением выдохнул и, уже не таясь, потянул за ручку.
- Что ты здесь делаешь?
Тенька, зачем-то сидящий на коленках около кровати, поднял голову и приветственно помахал другу рукой.
- Добрый вечер! Тут такие интересненькие дела творятся! Мы с Феанаро кое-чего придумали, но майар об этом лучше не знать, а то они у вас нервные такие, особенно Эонвэ. Еще расстроится, отберет, а нам потом все переделывать придется. Поэтому Феанаро решил, что пусть результаты нашей работы пока побудут у тебя, здесь их точно никто не станет искать.
- А мой дом после этого устоит? – закономерно озаботился Майтимо.
- Конечно! – Тенька поднялся на ноги и отряхнул со штанов пыль. – Стал бы Феанаро подсовывать тебе чего-то опасное!
- Порой наши взгляды на опасное разнятся, - заметил Майтимо.
- Это не тот случай! – заверил колдун. – Честное слово, я бы к себе унес, но с тех пор, как мои сыновья добрались до лаборатории, там невозможно хранить что-либо ценное. Старший еще ничего, ему можно объяснить, а близнецы слов пока не понимают, но в интересненьком уже смыслят.
- А если спрятать не у тебя дома, а в Институте?
- Ты чего, там же воспитанники! Они еще любопытнее сыновей, а интересненькое чуют куда лучше. Сам учил! Майтимо, а ты знаешь, что у тебя нос в чернилах?
Майтимо тут же потер нос, но вышло только хуже: за время работы пальцы тоже успели перепачкаться чернилами. Тенька с интересом полюбовался на его усилия и отметил:
- Веснушки тебе шли больше!
- Ты говоришь так, словно я нарочно себе нос разрисовал! Пошли вниз, я умоюсь и заварю кофе.
- А разве не нарочно? Чего же ты тогда делал?
- Чертежи для вашего небоскреба, - обернулся Майтимо, спускаясь по лестнице. – Можешь меня поздравить: я закончил последний.
- Поздравляю! - от всей души сказал Тенька, идя следом. – Что бы мы с Феанаро без тебя делали!
- Сами чертили, - фыркнул Майтимо. – Отец умеет это не хуже меня. Или поплыли бы в Белерианд за Курво.
- А больше никто из твоих братьев не чертит? – удивился Тенька.
- Как тебе сказать, - под лестницей располагался умывальник, и Майтимо остановился, набирая в горсти прозрачную ключевую воду. – Отец мечтал о наследнике, которого сможет обучить всему, что умеет сам. Но Курво получился только на пятый раз, а из старших науку проектирования в должной степени усвоил лишь я. Карнистир сумеет в лучшем случае сделать расчеты, а чертит так, словно пользуется при этом не руками, а вставляет перо в ноздрю и елозит по бумаге лицом. Тьелко после отцовских уроков запросто соберет из чего угодно крепкую палатку, а Кано, я подозреваю, при слове «чертежи» влезет на еще более высокую сосну, чем при слове «будка». Макалаурэ у нас – великий менестрель, большая отцовская гордость и еще большее разочарование.
- Интересненько это у Феанаро получилось, - отметил Тенька. – Не пойму только, почему Курво у вас в семье не самый младший? Цель же вроде была достигнута.
- Знаешь, - доверительно сказал Майтимо, - я тоже никогда этого не мог понять.
- С другой стороны, - продолжил рассуждать Тенька, - он, как всякий ученый, мог подумать, что понял принцип, и захотел еще одного наследника про запас. Но эксперимент замкнулся и пошел по второму кругу: близнецы Амбаруссар ведь рыжие, в точности ты. И друг Феанаро понял, что от следующего Курво его отделяет слишком многое.
- Отца бы это не остановило!
- А леди Нерданель? – напомнил Тенька.
Майтимо поразмыслил и признал, что его матушка не из тех, кто безропотно воплощает все безумные планы мужа в жизнь.
За кофе вед все-таки не удержался и принялся рассказывать, какой замечательный и, главное, интересненький эксперимент они затеяли с другом Феанаро, и какой прорыв благодаря им грозит современной науке. В рассказе Теньки фигурировали нагромождения непонятных слов, душераздирающие подробности селекции гороха с боярышником и почему-то майар, но к тому времени Майтимо уже совершенно потерял суть повествования, хотя напиться еще толком не успел.
Майтимо разбудил требовательный и настойчивый стук в дверь. Как назло, вчера бывший лорд Химринга уснул не в спальне на втором этаже, а в гостиной на первом, облюбовав тахту у камина, поэтому каждый удар отчетливо отзывался в голове эхом набатного колокола.