- Ты волшебник, Тенька! – с чувством объявил Майтимо. - То есть, колдун. Лучший из всех, кого я знаю!
Но новость должного эффекта не произвела.
- Ну, колдун, - пожал плечами тот. – Кой-чего умею. Терпеть не могу это занятие!
- Как – не можешь? – ахнул Майтимо. – Колдовство?! Это же дело всей твоей жизни!
- Да упасите высшие силы! – с не меньшим усердием открестился Тенька. – Скукотища, видеть не могу эти векторы с палочками! То ли дело ремесло землемера…
- Постой, - Майтимо принялся выбираться из крапивы, и Тенька отступил на капустную грядку, все еще держа вилы настороже. – Сколько тебе лет?
- Шестнадцать! – с вызовом ответил мальчик. Было видно, что он жутко стесняется выглядеть младше своего возраста. В его взгляде, устремленном на гостя, постепенно начинало появляться детское восхищение: вон, какой воин здоровенный, плечищи в два раза шире его собственных!..
«О, Эру, - подумал Майтимо. – Искал друга, а получил очередного воспитанника на шею. Только этого мне не хватало для полного счастья. Ну, Моринготто, я до тебя еще доберусь!»
- Шестнадцать – и до сих пор не любишь колдовать? Ты мне сам рассказывал, как в тринадцать лет разбирал вещи отца, нашел его рукописи о колдовской науке и с тех пор полюбил ею заниматься.
- Ничего я не находил, - Тенька шмыгнул носом, отгоняя назойливую муху. – Пожар у нас был, и все сгорело. Дрянь какая-то на чердаке вспыхнула, сами с сестрой еле ноги унесли.
- Так вот, что за красная ниточка… - догадался лорд Химринга.
Одна маленькая искорка в кипе старых бумаг на безвестном чердаке – и множество миров лишилось изобретателя зеркал и сковородок, который так и продолжает ненавидеть все, что связано с призванием его жизни, и мечтает о стезе землемера.
Загорелый – значит, много времени проводит здесь, на огороде, а не в лаборатории. Просто человек, вполне довольный своей жизнью, которого больше не тянет в неизведанное, а если это неизведанное само является к нему в лице рыжего нолдо, он готов отбиваться вилами.
Сколько на самом деле сейчас в этом мальчике того Теньки, которого Майтимо знал?
И не напрасно ли так рвался к нему через все миры?
Неужели Моринготто на этот раз победил? Не армиями, не каленым железом, а крошечной искоркой, в нужный момент вспыхнувшей на чужом чердаке?..
- Так не должно было случиться, – проговорил Майтимо, сглатывая комок в горле. - Это все козни Врага! Послушай, - вдруг вспомнил он, – сколько у меня рук?
Тенька уставился на протянутые для обозрения ладони, и его лицо сделалось задумчивым, словно он размышлял над какой-то задачей. В этот момент он был настолько похож на себя прежнего, что Майтимо показалось, будто этим вопросом заставил друга все вспомнить.
Наконец Тенька поднял глаза на собеседника и поинтересовался:
- А сколько их должно быть?
Вопрос прозвучал нетривиально.
- Что ты имеешь в виду?
Мальчик снова запустил пятерню в свой золотистый вихор и знакомым нравоучительным тоном пояснил:
- Я читаю у тебя вот здесь, - он постучал по лбу, - что рук больше, чем я могу видеть, но меньше, чем должно быть. А откуда я знаю, сколько должно? Может, у вас в другом мире их по пятнадцать штук иметь принято, а я скажу: две там или три. Ты расстроишься. А чего расстраиваться, если ты сам знаешь, сколько их у тебя, и это число правильное? Мне бы на других из твоего мира посмотреть, или сам скажи, сколько рук по-нормальному, а то ведь интересненько это они придумали…
Майтимо почувствовал, что сейчас прослезится. От облегчения.
- Тенька! – только и смог выдохнуть он, сгребая это чудо в охапку и обнимая от всей души. – Это все-таки ты!!!
- Лерке всей правды говорить не будем, - предупредил Тенька, открывая гостю дверь в сени. – Пужливая она у меня, как суслик. Пусть лучше хозяйством занимается. Какая-никакая, а все же женщина в доме, хоть и младшая сестра. Вот у тебя сестра есть?
- Двоюродная, - поделился Майтимо, думая об Артанис.
- Тоже пужливая?
Лорд Химринга вспомнил, как его пытались зарезать кинжалом, и честно ответил:
- Не очень.
- Повезло тебе! – решил Тенька. – А вот моя… словом, что ты из другого мира – молчок! Будешь просто сильф. Так она тоже испугается, но поменьше. Дурища!
- Не любишь сестру? – удивился Майтимо, который по прежнему Теньке знал обратное.
- Кто – я? – оскорбился мальчишка. – Да у нас ближе друг друга никого нет! Но не могу же я из-за этого не замечать, что Лерка бывает дурища!
С этими логическими доводами было трудно поспорить.
- А почему у вас… Ох, Моргот!
- Ты осторожнее, - запоздало посоветовал Тенька, проскальзывая у гостя под локтем. – У нас притолока низкая.
- Да, я уже понял, - проворчал Майтимо, потирая ушибленный лоб. Перед глазами все еще мелькали звездочки. Или сильмарильчики. – Так почему у вас не любят сильфов?
- А за что их любить? – пожал плечами Тенька. – Сидят на своих Холмах, Ордену помогают наши ведские войска громить. А еще, говорят, детей с укропом трескают! Но это, наверное, брехня…