- А какого балрога ты запустил процесс превращения Белого Древа в… - тут цветы стали сменяться плодами, и до лорда Химринга дошло, - …в кофейный куст?!!
- Потому что эта формула изобретена изначально под кофейные кусты. Хотя, сильмарилловые деревья от этой формулы тоже срастались, и ничего, - пожал плечами Тенька. – Кто ж знал, что будет такая интересненькая реакция! Кстати, надо записать.
- Тенька, это же Белое Древо Гондора! Что ты наделал! Сперва ты его сломал, а теперь исказил до неузнаваемости! Что ты скажешь Арагорну?
Колдун флегматично пожал плечами.
- Ну, скажу, что теперь у него всегда будет свежий кофе. И в Лихолесье ездить не надо!
- Думаешь, кофе его утешит?
- Слушай, а давай в утешение подарим Арагорну саженец сильмариллового дерева?
- Зачем Арагорну сильмариллы?
- Ну, не знаю. Они ж тут у вас всем нужны!
- Время, когда сильмариллы были всем нужны, закончилось две эпохи назад!
- Тогда давай подарим ему вертолет!
- А время, когда всем будут нужны вертолеты, еще не настало и, дай Эру, не настанет никогда!
- Майтимо, тебе невозможно угодить, - попенял Тенька. – Уверен, с Арагорном договориться будет намного проще. Вот оттащу ваше привидение в виварий…
И тут притихший сгусток тьмы в сетчатой веревочной сумке подал голос.
- Пощади, волшебник, не сажай меня в виварий!
- А чего еще с тобой делать? – резонно возразил Тенька. – Ты существо интересненькое, малоизученное…
- Делай со мной что хочешь, лучше убей, но только не изучай! – взмолился узник и выдал последний козырь: - Я не тот, кто тебе нужен. Ты хочешь изучить черное умертвие, а я Саруман, Белый колдун!
Тенька пригляделся.
- О, точно! Интересненько это вышло! Чего ж теперь с тобой делать?..
- Не надо в виварий, - повторил Саруман. – Хоть на суд, хоть на казнь, хоть служить тебе буду, пока существует мир!
Майтимо только ухмыльнулся на такие мольбы, но Тенька неожиданно задумался, что-то прикидывая, а затем присел перед плетеной сумкой на корточки.
- Прям настолько не хочешь в виварий?
- Не хочу! Все, что угодно, только не туда!
Колдун почесал в затылке и тронул веревочные лямки.
- Тенька! – воззвал Майтимо к разуму друга. – Уж не собираешься ли ты отпустить исчадие тьмы восвояси?!
- Это ж не призрак, которого я так хотел словить, - пояснил Тенька, - а обычное сложное вещество, хоть и пакостливое. Ты глянь, какой он жалкий. Как тот балрог в подземелье, помнишь? А еще я вдруг подумал: если утащу его с собой, в этом измерении не останется ни одного представителя древнего зла. Что будут изучать потомки? Что скажут мои будущие местные коллеги?
- Ты рехнулся, и я говорю тебе это прямо сейчас!
Но Тенька уже принял решение.
- Саруман, поклянись, что ты не будешь тут больше безобразничать, и я тебя отпущу. Пока, конечно, мой будущий коллега тебя не поймает. А ты, Майтимо, не ругайся, а как специалист по клятвам придумай подходящую формулировку, чтоб не отвертелся!
Лорд Химринга с лязгом вогнал меч в ножны и мстительно завернул такое, по сравнению с чем их прежняя клятва о сильмариллах казалась невинным обещанием.
Саруман надолго замялся, но делать было нечего, и клятву пришлось повторить в точности. Тенька оттащил веревочную сумку к краю двора, перекинул через парапет и хорошенько встряхнул.
Темный дух вылетел на волю как пробка из бутылки и с неслыханной скоростью бросился прочь.
Тенька прищурился ему вслед и крикнул:
- Лети, лети! Чтоб я тебя здесь больше не видел! Только сунься, пока я жив!
Майтимо почувствовал, как от последних слов друга к горлу подкатывает ком.
- Тенька, - тихо напомнил он. – Ведь ты человек.
Слова выговаривались с трудом, царапая сердце. Майтимо никогда прежде не говорил об этом вслух, но он помнил юного мальчишку на Тангородриме. А теперь у этого мальчишки жена, дети, крохотные морщинки вокруг глаз, и двадцать пять лет ему еще дашь, а вот семнадцать – уже никак. И ведь это для Майтимо прошло больше тысячи лет. А для Теньки – всего лишь около десятка.
Тенька посмотрел ему в глаза и удивленно спросил:
- Ты чего вдруг так расстроился? Ну, человек, и чего теперь-то?
- Саруман – бессмертный дух, который живет тысячи лет. А ты в лучшем случае проживешь чуть больше сотни, и в конце будешь немощным стариком, - Майтимо сглотнул мерзкий ком и заставил себя закончить: - По моим… по нашим… по Сарумана меркам ты очень, очень скоро умрешь.
- Да ты не расстраивайся, - Тенька хлопнул его по плечу. – Какое мне дело до Сарумановых мерок! Я это так ему, на всякий случай сказал.
- Да при чем здесь Саруман, - с досадой поморщился Майтимо. – Мне тебя будет не хватать, Тенька. Всем нам.
И подумал, что выглядит это глупо. Как будто колдун уже состарился и собирается отойти в мир иной. Или куда там в Принамкском крае люди уходят.
- Да говорю ж, не расстраивайся, - повторил Тенька. – Майтимо, ну чего ты как неуч? Не собираюсь я жить чуть больше сотни!
- Т-то есть?! – до этих слов лорду Химринга казалось, что он уже разучился удивляться.
- Понимаешь, там так интересненько получилось…
- Тенька, говори как есть, или я сам убью тебя сию секунду!