- Они ему отвечают? Чего говорят? Какие голоса? Можешь хоть децибелы подсчитать?
- Моргот и все его твари! Испугайся ты, наконец, и оставь меня в покое!
- Как же я испугаюсь, если они такие интересненькие!
- Ты их даже не видел!
- От этого они кажутся мне еще интереснее! Майтимо, зарисуешь?..
Арагорн тем временем говорил:
- Мы летим в Белый Город, над которым нависла угроза тьмы. Сразитесь с воинством Минас Моргула, и когда оно будет побеждено, я признаю, что ваша клятва исполнена.
Тенька нацепил все линзы одновременно, дышал на приборы, вытягивал проводочки, подпрыгивал и становился на голову. Тщетно. Призраки молча и категорически не желали быть изученными.
- …Вы покинете эти места и обретете вечный покой, - продолжал Арагорн.
Майтимо уже обреченно сидел под камнем и зарисовывал самого страшного призрака. Тенька постоянно заглядывал другу через плечо и умолял не пропустить в рисунке секреционные железы.
- Какие, ко всем валараукар, железы?!
- Неуч! Если призраки источают холод, то у них должны быть органы, которые его вырабатывают!
- Я тоже источаю – тепло и свет, но у меня… - начал было Майтимо, но тут колдун поглядел на него так заинтересованно, что он мгновенно пожалел о сказанном. И захотел срочно научиться у призраков их полезному умению не показываться Теньке на глаза.
- Если мы полетим на вертолете, то призраки побегут под нами, - отметил Нолофинвэ.
Тенька испустил стон разочарования и защелкал тумблерами из последних сил.
В низком небе клубились плотные черные тучи, а под их покровом от Минас Моргула к стенам Белого Города неотвратимо подступала серая призрачная лавина. Факелы за каменными зубцами еще горели ярко, но ледяной шквальный ветер так и норовил задуть пламя. Все замерло в ожидании неотвратимого.
Очередным порывом ветра вертолет качнуло, но Тенька запихнул под рычаг один из приборов, не пригодившихся для ловли призраков, и лопасти завертелись с удвоенной силой, назло любому ветру.
Во дворе цитадели уже толпился народ, ожидая прибытия короля. Когда вертолет приземлился, к Арагорну подошел один из военачальников и опасливо доложил, явно не зная, относить эту весть к хорошим или к плохим:
- Мой король, полчаса назад прибыла ваша жена…
- Как? – изумился Нолофинвэ, опередив почтенного потомка. – Она же была в Ривенделе!
- Леди Арвэн сказала, - военачальник обреченно покосился на двери, ведущие в цитадель, - что почуяла неладное, поэтому связалась с владычицей Галадриэлью, а та через водяное зеркало переправила сюда…
- Чем только думает кузина Артанис! – возмутился Майтимо. – Беременную женщину в осаждаемый город!
Он хотел добавить еще пару нелестных слов насчет разума дорогой кузины, но подметил, что говорит точь-в-точь как Трандуил, и замолчал.
Судя по лицу Арагорна, ему тоже хотелось высказаться, и было совершенно плевать, на кого он при этом похож, но времени на возмущение не хватало.
- Пусть остается внутри, из цитадели ни шагу, - коротко велел Арагорн и скомандовал остальным: - На стены!
- Я не договорил, - воскликнул военачальник. – Вместе с леди Арвэн прибыли ее братья Элладан и Элрохир, а еще лорд Глорфиндел, принц Лихолесья Леголас, как раз гостивший у владычицы Галадриэль, и его друг гном Гимли.
- О, - оценил Нолофинвэ, - теперь ясно, почему Артанис отпустила сюда Арвэн.
- Отчего ты прежде молчал! – Арагорн развернулся к военачальнику. – Где они?
- Все на стенах, - тот замялся. – И ваша жена тоже…
Арагорн все же процедил сквозь зубы что-то нелестное и поспешил прочь со двора.
- А как сила, о которой вы говорили на совете? – военачальник помчался вслед за королем. – Она поможет нам? У нас есть надежда увидеть рассвет?
Сверху, со стен, донеслись возгласы: сперва испуганные, потом удивленные и даже потрясенные, потом все более радостные.
Майтимо прислушался и ответил за Арагорна:
- Надежда есть. А если мы сейчас и впрямь поспешим, то сумеем увидеть, как она осуществится.
Нолофинвэ тем временем огляделся по сторонам и спросил:
- Кто-нибудь видел Теньку?..
Со стен открывалась широкая и жутковатая панорама схватки одного призрачного воинства с другим. Порывы ветра закручивались в маленькие смерчи, темный пепел мешался с серым туманом, древние светящиеся мечи разрубали полуистлевшие тела. На поле под Белым Городом было страшно и темно.
Лишь одна человеческая фигурка носилась между сражающимися призраками, и перед ней расступались как Дунхарроу, так и враги.
Жители города считали человека внизу не то сумасшедшим, не то самоубийцей, но лишь двое эльфов у окошка бойницы точно знали, что Тенька страдает во имя науки, бегая по абсолютно пустому для него полю.
- Чую, улов призраков сегодня не сладится, - философски предрек Нолофинвэ, отпивая из фляги горячего чаю и передавая ее племяннику.
- Тенька упорный, - Майтимо верил в друга. – Он непременно что-нибудь изобретет и утащит в свой виварий умертвие-другое.