Но какова реальность? Всего лишь один офицер в Лионе занимается сейчас всеми происходящими в мире преступлениями в области работорговли, как взрослой, так и детской — это трудолюбивая, преданная своему делу Сабина Менке. Но она не может объять необъятное.
Большая редкость — судебные процессы (успешные или неуспешные) по делам, связанным с нанесением телесных повреждений малолетним детям. Сабина смогла припомнить лишь три таких процесса:
В 1988 году в г. Хильдешайме, что к югу от Ганновера, 44-летний немец — содержатель притона — и его 38-летняя бывшая жена-таиландка были признаны виновными в mad-chenhandels (торговле женщинами) и лишены свободы на четыре года. Правда, половину этого срока они отбыли условно. Бывшая жена по решению суда была обязана уплатить штраф в размере 200 000 немецких марок (около 67 000 фунтов стерлингов). Обвинение утверждало, что более двух лет они поставляли в три местных борделя девушек из Таиланда, вынужденных заняться проституцией, но осуждены лишь по одному эпизоду.
Председатель суда ссылался на трудность предъявления доказательств в этом деле: после того как обвиняемых арестовали, многие из женщин-таиландок исчезли — возможно, их соблазнили другие любители того же бизнеса. Он также сообщил, что это дело только потому увидело свет, что мать одной из девушек обратилась с заявлением в некую частную таиландскую организацию, борющуюся с проституцией, но вскоре отказалась повторить его или предоставить доказательства в поддержку обвинения.
Похоже, что Интерпол-Бангкок не играл заметной роли в том, чтобы совершить правосудие над этой парочкой.
Уголовное законодательство в Норвегии, как и во многих других странах, обычно применяется только к преступлениям, совершенным внутри страны. Но в делах, связанных с жестоким обращением или насилием над детьми стортинг (норвежский парламент) сделал исключение (как и западногерманский парламент). В марте 1990 года двое высокоуважаемых господ — бизнесмен и профессор — были осуждены в Осло за сексуальные злоупотребления с детьми в Паттайе (Таиланд) во время недавнего отпуска. Доказательством послужил видеофильм, который снимал один из подследственных, занимаясь групповой мастурбацией с детьми. Дело было возбуждено не по красному извещению или в связи с какой-либо другой акцией со стороны Интерпола-Бангкок, а потому, что упомянутая выше частная таиландская организация узнала об инциденте и предупредила норвежские власти.
Впервые
Ну и что было потом, когда суд Лос-Анджелеса признал его виновным? Он вполне мог бы угодить за решетку лет на сорок. Судья приговорил его к одному году заключения и еще к одному году условно. Так что если вам доведется столкнуться с подобным «исчадием ада», то нет гарантии, что он получит заслуженное наказание.
Было 5 часов утра 6 ноября 1983 года. Солнце еще не взошло. Работник вооруженной ночной охраны будапештского Музея изобразительных искусств включил освещение в главном зале на первом этаже внушительного каменного сооружения XIX века — и не мог поверить своим глазам: на стенах зияли пустотой семь прямоугольников. Отсутствовали «Мадонна Эстергази» и портрет «Пьетро Бембо» Рафаэля, а также еще пять произведений мастеров итальянского Возрождения. Их цена на мировом рынке составляла как минимум $ 35 миллионов. Это была первая значительная кража произведений искусства в Венгрии, тогда еще входившей в социалистическое содружество, но уже начавшей медленно приближаться к западным концепциям свободы.
