Интервью с вампиром полностью

Мой папуля, конечно, немного сумасшедший, и я думаю, что рано или поздно мне придется его положить в "психушку". Сейчас, пока я за ним присматриваю, он безопасен для окружающих.

Мой папаша собирает вещи. Даже когда мы были бедны как церковные мыши, и отец зарабатывал на скудное существование для матери и меня тем, что копал колодцы, выгребные ямы и могилы по всему городу, даже в годы Великой депрессии, когда мы жили на пособие по безработице, отец собирал всякие вещи.

Но одного нельзя сказать про него — он не зацикливался на чем-то одном, как многие коллекционеры. Он обычно приносил домой все подряд — какие-то обрезки, старые книги, половинки журналов, куски бечевок и веревок, использованные палочки от мороженого, металлические детали от старых машин и так далее.

И, конечно же, после того, как мы стали сказочно богаты, коллекционированию отца не было, казалось, конца. Мы разбогатели, когда умер дядя Генри. Он был братом отца и нажил состояние в Техасе или в каком-то другом забытом богом месте. По той или иной причине (мы никогда с ним особенно не дружили), но он завещал свое огромное состояние нам. Это было немного непривычно, поскольку у нас никогда не было таких денег, и мы не знали толком, что с ними делать. Именно тогда отец слегка свихнулся.

Ну, поначалу он был достаточно практичным. Мы отремонтировали наш старый дом, и он купил матери модное хлопчатобумажное платье. Мне же он дал банкноту в десять долларов на личные расходы. Я отдал их матери, чтобы она купила на них продукты, а что осталось, я, кажется, довольно глупо потратил на какую-то девчонку. Потом к нам приехала и стала с нами жить тетя Мабель. Она была вдовой дяди Генри. Адвокат, который появился вместе с ней (он надолго не задержался, хотя мать была достаточно вежлива и приглашала его остаться на ужин), сказал, что мы унаследовали деньги вполне законно, но в завещании был паскудный пунктик о том, что если мы хотим сохранить эти деньги, то обязаны ухаживать за тетей Мабель до последних дней ее жизни.

— Я знала, что в этой истории есть какой-то подвох, но, разумеется, Мабель может жить здесь столько, сколько захочет, — сказала мать.

— Мабель, душка, — сказал ей отец, — я, конечно, не любил тебя, но все-таки меньше, чем не любил Генри.

Он посмотрел на меня, и это означало, что я должен был сказать тете Мабель что-то приятное. Поэтому я сказал ей, что она могла бы взять себе одну из моих ручных крыс. Но не беременную, поскольку я хотел использовать маленьких крысят, которые у нее родятся, в своих домашних экспериментах.

Сначала казалось, что тетя Мабель была не очень счастлива с нами, но думаю, через какое-то время она привыкла к нашей рутинной, обычной жизни. Я полагаю, что в Техасе она вела более оживленную жизнь и, живя с нами, просто не чувствовала себя как дома. Так или иначе, но ей не пришлось долго коптить одно с нами небо, поскольку однажды утром мы нашли ее в постели мертвой.

Отец сразу же послал за доктором. Как я уже сказал, он может быть практичным, когда захочет. Он знал, что доктор должен зафиксировать ее смерть, выписать свидетельство и так далее. Пришедший доктор позвал констебля и некоторых других представителей властей, поскольку ему с чего-то взбрело в голову, что тетя Мабель была убита.

Когда мать услышала это, с ней началась истерика. Она стала кричать, что не убивала, и никто не смог доказать, что это сделала она. Однако констебль утверждал, что крошечные проколы на горле тети Мабель были сделаны шпилькой с маминой шляпки, а доктор сказал, что в теле тети Мабель не осталось ни одной капли крови. Все-таки они были несколько озадачены, поскольку следов крови не было ни на постельном белье, ни на чем-либо ином в этой комнате. Они обыскали весь дом и участок вокруг, но нигде не смогли отыскать следов крови тети Мабель. Мой папаша подписал все бумаги, которые ему подсунули эти сволочи, и мамулю поместили в психиатрическую больницу.

Мы похоронили тетю Мабель на старом церковном дворе и попросили священника Уорфи сказать несколько слов над ее могилой, поскольку тетя была верующей женщиной, которая всегда ссылалась на библию или иногда на "Декамерон" Боккаччо. Спустя несколько дней после похорон отец позвал меня в свой кабинет и предложил присесть на его лучший стул. Он облокотился своим худощавым телом о край стола и понимающе улыбнулся. В ответ я тоже понимающе улыбнулся. Я умею ублажать своего папулю.

— Поскольку ты сообразительный и неглупый молодой человек, у тебя несомненно есть какие-то идеи насчет того, что я собираюсь тебе сообщить, сказал отец.

Я продолжал улыбаться.

— Конечно, — сказал он. — Значит, тогда ты знаешь, что не твоя мать убила бедняжку Мабель.

— Да? — тихо удивился я.