– Нейт, я благодарен за то, что ты был рядом в самый тяжелый момент моей жизни. Но прошло слишком мало времени. – Губы колотятся. При одном воспоминании о моем малыше слезы на глазах наворачиваются. Так больше не может прoдолжаться. - Я приду в себя. Обещаю. - Искренне. Намекая, чтобы он не давил. Ничего не требовал. Прoсто мысленно был рядом, этого достаточно.
Нажимаю кнопку «завершить вызов», небрежно кидая мобильный телефон на деревянную столешницу. Откидываюсь в кресле, опять закрывая глаза. Возвращая себя в тот проклятый день. Дождь начинался. Стоял, крепко держа мать за руку. Боясь снова разорвать нашу связь. Ее потерять. Οт сырости трясло. Холодная вода стекала по лицу. Вместе со слезами. Которые не останавливались. Я помню, как малюсенький гроб погружали в землю. Вместе с частичкой сердца, которое навсегда осталось с моим сыном. Горстка земли в моих руках. С его могилы. Смотрел на свои пальцы, видя грязь вперемешку с кровью. Не смог уберечь моего мальчика. Яркие вспышки в памяти. Огромная скoрость. Ору на весь салон машины, до боли в лодыжке нажимая на педаль газа. Наверно, в то мгновение я тоже искал смерти. Понимая, что только сам виноват в гибели ребенка. Но Нейт прав. Жизнь должна продолжаться. Я не смогу запереться в этом кабинете, спрятавшись от всего мира. Наедине со своей болью, которая даже со временем никуда не исчезнет. Это неправильно. Собрать оставшиеся силы и жить дальше. Построить мир вокруг себя заново, извлекая уроки из сделанных ошибок. Ведь еще не поздно?!
Поднимаюсь на ноги, упираясь руками в подлокотники кресла. Слабость. Легкое головокружение. Не ел на протяжении дней пяти, наверно. Не спал толком. Изношенный организм вот-вот отключится. Кое-как прохожусь по своему кабинету, добираясь до двери. Распахиваю ее, выходя в коридор. Заплетающимися шагами направляюсь в гостиную. Хочу подняться на второй этаж. В комнату, котоpая была подготовлена для моего сына. Тишина. Звуки будто все стихли. Одиночество царило не только внутри, но и снаружи. Οт этого еще больше с ума начинал сходить. Добираюсь до лестницы и неспеша начинаю подниматься по ступенькам. Придерживаясь за поручень. Стараюсь равномерно дышать. Каждый вдох мучение приносит. Сердце то громко стучит,то затихает. Мышцы по всему телу онемели. Наверно, все эти трое суток я провел вообще без движений. Последняя ступенька. Несколько шагов. Распахиваю двери в детскую и, решаясь, прохожу внутрь. Вспоминаю, что эта комната в свое время принадлежала Чарли. По иронии судьбы я потерял их обоих. Навсегда. Уничтожил свою жизнь. Искалечил доверчивое девичье сердце, которое никогда меня не простит. Наверно, мне суждено быть одиноким. Эта расплата за все. Шагаю по комнате, разглядывая каждую мелочь. Детские игрушки. Приготовленные рамки для первых фотографий. Множество вещей для новорожденных. Все это было приобретено с любовью. В нетерпеливом ожидании. Удивительно, но ни разу за все это время не вспоминал о Трише. Словно этой женщины никогда не существовало. Подхожу к кроватке. Поднимаю руку,трогая пальцами невесомо детскую игрушку. Нажимаю на небольшую кнопку, и комнату наполняет мелодия из сказки. Игрушка начинает кружиться, как карусель. Смотрю завороженно, представляя, как мой сын сейчас бы лежал в этой кроватке и с интересом за всем наблюдал. Слезы подступают к горлу, но я мужественно не позволяю им выбратьcя наружу. Хватит! Не осознаю, произношу это вслух, или мой разум разъяренно кричит. Хватаю игрушку рукой, начиная ее разламывать. Обломки в ладонь впиваются. Мелодия искажается, а затем и вовсе затихает. Все кончено. Пора перевернуть эту страницу, начав историю с чистого листа. Несколько шагов. Распахиваю настежь окно, продолжая сжимать рукой обломки пластмассовой игрушки. Игнорируя жжение в ладони.
– Прости меня, сынок! – В полный голос. Хватая воздух ртом. Собирая всю волю в кулак. – Прощай! – замахиваюсь, выкидывая остатки игрушки за пределы окна. - Твой папа будет всегда любить тебя и помнить!
Хлопаю со всей дури створкой, упираясь руками в подоконник. Не хочу, чтобы в этом доме что-то напоминало о сыне. Наверно,и сам здесь находиться больше не хочу. Множество воспомиңаний, которые связаны не только с ребенком. С Чарли тоже. Больше нет сил. Ни на что. Проглатываю слезы вместе с удушающей болью. С этого момента все изменится. Разворачиваюсь, быстрыми шагами покидая комнату. Практически бегом спускаюсь по ступенькам на первый этаж. Зная, что Тереза сейчас должна быть где-то рядом. Пересекаю гостиную. Направляясь в сторону кухни.
– Тереза? - Во весь голос. Рассчитывая, что она услышит, даже если находится в другой комнате. - Тереза?! – В очередной раз повторяю имя женщины, которая работает здесь достаточно долгое время.
– Мистер Конорс, что-то случилось? – она испуганно смотрит, замирая на месте посреди кухни. Сжимает в руках полотенце, ожидая моего ответа.
