- Но что бы он подумал?!.
- Вы решили пощадить его и только все запутали. Поймите же, правда, какой бы она ни казалась суровой, только правда и открытость способны защитить от интриг. Интриганы как раз и рассчитывают на то, что человек начнет стесняться наветов и угроз, замкнется и никому ничего не скажет. Где недоговоренность, неясность, там раздолье интриганам. Я, когда увидела тот листок, сразу пошла к Егору Ивановичу. И он все понял. И когда получил фотографии, уже ничему не удивился...
- Как не удивился? А инфаркт?!.
- Не было инфаркта. Сердце, верно, пошаливало, но какое больное сердце выдержит такую жару? Врач настаивал лечь на эти дни в больницу, и Егор Иваныч еще до фотографий собирался лечь.
- Зачем тогда жену вызвал? - Я все не мог смириться с мыслью, что случившееся не трагично.
- Да не вызывал он ее. Она позвонила, он сказал, что собирается лечь в больницу, вот она и прилетела.
- Но ведь она же сама мне сказала - инфаркт.
- А что она могла сказать? Примчалась домой, а тут "скорая помощь", а на столе эти фотографии. Что она могла подумать, зная, что у Егора Иваныча было уже два инфаркта... А Егор Иваныч еще накануне мне сказал, что ляжет в больницу. Заодно, говорит, погляжу, как поведет себя секретарша...
- Это вы! - сказал я уверенно. - Вы все так рассчитали, больше некому.
- Почему я?
- У вас ум Шерлока Холмса.
- Ну, вы скажете! - засмеялась Валя. - Это мы вместе с Егором Ивановичем придумали. Хотели вывести интриганов на чистую воду.
- Что же вы Аню-то, Анну Петровну не успокоили?
- Еще вчера вечером все ей рассказала. И этой ночью целый час втолковывала. А утром поехала в больницу к Егору Ивановичу. Тот как узнал, что дети приехали, - сразу на выписку. Сказал: надо гнать интриганку, пока она детям чего-нибудь не наговорила. Врач отпустил, поскольку жара сегодня не как вчера...
- Ну! - развел я руками. - Голова у вас!.. Аж страшно. - И вдруг спохватился: - А вот когда мы с вами впервые увиделись, вы уже догадывались, что к чему?
- Смутно.
- Что ж вы мне тогда не рассказали?!
- Я ведь не знала, что они затевают. А потом... я растерялась.
- Вы? Растерялись?
Она покраснела.
- Ну конечно, разве я могу растеряться. Я же для вас Шерлок Холмс и только.
Сказала она это насмешливо, с чуть уловимой обидой. Я молчал. Я не мог ничего сказать. Хотя прямо-таки крикнуть хотелось: "Не только!.."
