Интрига хранителя времени полностью

– Конечно, почему бы и нет? – сказал Финн. – Кто может знать, что это такое?

– В том-то и дело, – сказал Лукас. – Любой, кто узнал бы вещицу, оказался бы не в том месте и не в то время. Он так им размахивает, словно хочет, чтобы кто-нибудь его увидел. Зачем кому-то выставлять свое оружие напоказ, если только он не хочет, чтобы тот, кто смотрит, знал, что он вооружен? Думаешь, он знает, что мы его отследили?

– Возможно, – сказал Финн. – Но зачем размахивать лазером, чтобы отпугнуть потенциальных грабителей XVII века? Мне в голову только что пришла довольно неприятная мысль, старина.

– Думаешь, Мангуст уже раскрыл наше прикрытие?

– Я открыт для любых других объяснений.

Они смотрели, как сундуки переносят в дом.

– Хорошо, – сказал Лукас, – давай попробуем все обдумать. Мне показалась знакомой именно женщина, но лазер у старика. Это значит, что они оба не те, за кого себя выдают. Они могли бы быть Хранителями времени, но я никогда раньше не сталкивался ни с одним из хранителей, по крайней мере, насколько мне известно. Я видел это лицо во время одного из заданий, в этом я уверен.

– Солдат-ренегат? – спросил Финн. – Точно, Дарроу говорил, что террористы связались с кем-то из подполья.

– Единственный, кого мы знаем в подполье, это Хантер, – сказал Лукас.

– Насколько нам известно, – сказал Финн. – Мы могли наткнуться на кого-нибудь из подполья и не знать об этом. Или женщина может быть кем-то, с кем мы работали до того, как она присоединилась к подполью. Или присоединилась к Хранителям времени. Ну же, вспоминай, где ты видел ее лицо?

– Ума не приложу, – сказал Лукас с раздражением в голосе. – Это сводит меня с ума, с нею что-то не так, и я никак не могу понять, что именно.

– Хорошо, не зацикливайся на этом. Оно придет к тебе само. Давай вернемся к Мангусту. Если он не раскрыл наше прикрытие, тогда почему старик размахивает лазером?

– Ну, он махал, но не нам, – сказал Лукас. – Я не думаю, что он знает, что мы за ним наблюдаем. Но он думает, что кто-то следит за ним, кто-то из будущего. Предположим, Мангуст не раскрыл наше прикрытие. Как еще все это можно объяснить?

– Значит, он раскрыл его прикрытие, – сказал Финн. – Или один из его людей проявил неосторожность, и Хранители времени знают, что кто-то за ними охотится.

– Нам надо серьезно с ним поговорить, – сказал Лукас.

– При условии, что он все еще жив, – сказал Финн. – Чертовы шпионы. Они собираются все испортить, я чувствую это. У них тут повсюду агенты, и единственный, кого мы знаем, это Мангуст. И мы не только не знаем, как с ним связаться, мы даже не знаем, как он на самом деле выглядит со всеми этими чертовыми маскировками. Все, что мы можем сделать, это вернуться в «Люксембург» и дождаться, когда он или кто-то из его людей с нами свяжется.

– Похоже, это единственное, что нам остается, – сказал Лукас.

– А, может быть, и нет, – сказал Финн. – Мы всегда можем нажать кнопку тревоги и посмотреть, что произойдет.

Мужчины обменялись взглядами. Нажатие кнопки тревоги всегда использовалось в крайнем случае. Это означало активировать имплант, чтобы тот послал сигнал, который может быть принят любым членом корпуса наблюдателей, находящимся в регионе. Это была стандартная оперативная процедура для рефери – направлять команды наблюдателей в любой период времени, используемый для боевого сценария. Эти наблюдатели действовали под прикрытием и редко принимали непосредственное участие в прямых действиях. Их обязанности были в первую очередь оперативными. Они были снабжены хроноплатами, которые при необходимости позволяли им быстро перемещаться во времени, и, как правило, их функция заключалась в контроле команд поиска и возврата. Также они были глазами рефери на местности. Единственная загвоздка была в том, что этот сценарий не был типичным. Официально это не была корректировка, по крайней мере, пока. Это все еще была миссия АВР.

– Ты думаешь, что мы попали бы в адскую передрягу, если бы нажали кнопку, и никто не ответил, – сказал Финн.

– Вообще-то, мне это не приходило в голову, хотя теперь, когда ты об этом упомянул, я вижу, как это может обернуться проблемой. Нет, я подумал о том, что, официально, мы все еще не имеем никакого отношения к этой миссии. Если бы мы нажали кнопку тревоги, нам пришлось бы придумать весьма убедительные ответы, а у нас их нет. Не говоря уже о том, что активация сигнала импланта позволит Хранителям нас отследить с помощью их хроноплаты.