Маргарет поняла, что тоскует по Кейт. Девочка была непослушной и дерзкой, но, кроме нее, у матери никого не было. Маргарет гордилась дочерью и считала, что та станет незаурядным человеком. Но сначала она должна приобрести манеры настоящей леди.
Когда Кейт приехала на каникулы, Маргарет начала расспрашивать ее о школьной жизни.
– Ненавижу школу! Все они там противные кривляки! Маргарет внимательно посмотрела на дочь:
– А другие девочки тоже так считают?
– Что они понимают, – презрительно фыркнула Кейт. – Посмотрела бы ты на этих девочек. Над ними все с рожденья трясутся. Ни черта они не понимают в жизни.
– Ах, дорогая, – с притворным сочувствием охнула мать, – это должно быть невыносимо для тебя.
– Не смейся надо мной, пожалуйста. Они никогда не были в Южной Африке и животных видели только в зоопарке. Я уже не говорю о золотых приисках или алмазных копях. Они и слов таких не знают.
– Несчастные дети!
– Ну хорошо, – пригрозила Кейт. – Вот стану такой, как они, – еще пожалеешь, черт побери!
– Думаешь, удастся стать на них похожей?
– Ну, конечно, нет! – ехидно ухмыльнулась Кейт. – Что, съела?
Уже через час после приезда Кейт умчалась играть в регби с детьми слуг. Маргарет глядела в окно и думала, что, по-видимому, зря тратит деньги. Никогда дочь не переменится.
Вечером за ужином Кейт, как бы между прочим, спросила:
– А Дэвид в городе?
– Нет, в Австралии, по делам. Должен приехать завтра.
– Собирается прийти в пятницу вечером?
– Возможно, – ответила Маргарет и, внимательно оглядев Кейт, спросила:
– Тебе ведь нравится Дэвид, не так ли?
– Ничего, – пожала плечами дочь.
– Понимаю, – кивнула Маргарет и внутренне улыбнулась, вспомнив, как Кейт клялась, что выйдет замуж за Дэвида.
– Я не питаю к нему неприязни, мама. Как человек он неплохой, но как мужчина совершенно невыносим.
Когда Дэвид, как обычно, пришел в пятницу к ужину, Кейт помчалась в холл, чтобы встретить его, крепко обняла и прошептала на ухо:
– Я прощаю тебя! Мне было так тоскливо без тебя, Дэвид. А ты? Скучал без меня?
– Да, – машинально ответил он, но тут же с удивлением обнаружил, что ему и в самом деле недоставало этой девочки.
Дэвид еще не встречал подобного ребенка. Она выросла у него на глазах, но каждый раз он встречал Кейт словно впервые, открывал все новые, незнакомые доселе стороны характера. Кейт было уже около шестнадцати: фигура почти оформилась, длинные черные волосы мягкими волнами падали на плечи, в лице уже проглядывалось нечто женственное, чувственное, никогда раньше им не замечаемое. Красавица, с цепким умом и сильной волей. Дэвид про себя пожалел того беднягу, кому она достанется когда-нибудь.
За ужином он спросил:
– Ну, как дела в школе, Кейт?
– Превосходно! – поспешно объявила она. – Мне очень нравится, я многому научилась. Учителя там потрясающие и друзей у меня теперь много.
Ошеломленная Маргарет молча глядела на дочь, не в силах вымолвить ни слова.
– Дэвид, возьмешь меня с собой на рудники?!
– Это так ты собираешься каникулы проводить?
– Ну пожалуйста, Дэвид!
Поездка на рудники займет целый день, а это означало, она все время будет рядом с Дэвидом.
– Если твоя мать разрешит…
– О, мама, прошу тебя.
– Хорошо, дорогая. Уверена, что с Дэвидом ты будешь в безопасности, – кивнула Маргарет, от души надеясь, что именно Дэвид сможет уберечься от Кейт.
Алмазные копи компании «Крюгер-Брент Лимитед», раскинувшиеся недалеко от Блумфонтейна, походили на гигантский муравейник, где трудились сотни рабочих и служащих, занятых добыванием, промывкой, сортировкой алмазов.
– Это один из наиболее прибыльных рудников, – объяснил Дэвид.
Он привел Кейт в контору управляющего, где они ждали проводника, чтобы спуститься в шахту. У одной стены стояла витрина, заполненная алмазами всех цветов и размеров.
– У каждого алмаза неповторимые черты, – продолжал Дэвид. – Первые камни добывались на берегах реки Ваал из аллювиальных почв, поэтому их края с веками стерлись.
«Он еще красивее, чем я представляла, – думала Кейт. – Как мне нравятся эти брови!»
– Камни добыты в разных копях и легко различимы по внешнему виду. Видишь этот? По размеру и желтоватому отливу можно определить, что он добыт в Паардспане. У алмазов компании «Бирс» маслянистая поверхность, и они все имеют двенадцать граней – додекаэдры.
«Какой блестящий ум! Он все знает!»
– Про такой камень сразу можно сказать, что он из Кимберли – там встречаются октаэдры, причем разных цветов, от дымчатого до прозрачного.
«Интересно, считает ли управляющий, что Дэвид – мой любовник? – продолжала размышлять Кейт. – Надеюсь, что да».
– Цвет алмаза помогает определить его ценность. Цвета различают по шкале от одного до десяти. Самый лучший – голубовато-белый, а низкосортный – коричневатый.
«Как хорошо от него пахнет… Такой мужской запах. Я просто влюблена в его руки и плечи. Хочу…»
– Кейт!
– Что, Дэвид? – виновато вскинулась девушка.
– Ты что, не слушаешь?
– Конечно, слушаю, – с негодованием фыркнула Кейт, – ни слова не пропустила!
Следующие два часа они провели в шахте, а потом отправились завтракать.
